Category: искусство

Category was added automatically. Read all entries about "искусство".

Художники. Ах. эти, художники. Их видение мира, так неоднозначно.

Лошади. Мои любимые ЛОШАДИ!!!!!!!!!!!!!!!!ЛОШАДИ, как символ свободы!!!!!!!!!!!


Река Гранд. скульптор Ричард Морс


Техас. Мустанги Лас Колинаса



Морские лошади от английской художницы Хизер Янск




Москва. Гоголевский бульвар. Скульптор Александр Рукавишников. (в народе "Кладбище домашних животных")

Все фото из инета.

Как я дошла.... (2).....

Я немного ускакала вперед. Потому, вернусь, и расскажу медленее.

После первых опытов, я поняла, что примитива не хочу. Я же себе, в конце концов, делаю украшения. Я стремилась понять, что мне нравится.
Это ужасно, но, я давно не всматривалась в бездну, именуемую ювелирным искусством.
И, наконец, я останвилась и стала всматриваться.

И, теперь могу точно сказать почему одну технику не хочу, а другой, с радостью, научусь.

Во-первых я у видела и мне они, конечно же, понравились, украшения из шитого бисера. Но, делать столь кропотливую работу (по крайней мере, все украшение), не буду. Хотя, принципом могу воспользоваться.
все фотографии работ взяты с сайта "ярмарка мастеров"

turova5f227607229-ukrasheniya-brosh-rybka-n2810varvara6simhka3


Во-вторых, увидела еще один принцип крепления камня без пайки - это камень, затянутый в кожу. Понравилось, но тоже, могу использовать сам принцип, без изготовления всего изделия.

x_fdd37282x_fbd05fafx_e3f4bb4ax_dc4dda16

Ну, и оплетка. Я нашла хорошие образцы. Так что если будет подходящий камень, да и мне не помешает сходить на курсы по этой технике (хотя бы, чтобы понять, как сделать вещь, не выглядящей, в такой технике, дилетантской).

il_570xN.369653515_dgmogreencrystalpendant_191974fashionpendant_191978BigMoldavitePendent_7.208111634_stdac39148493-ukrasheniya-zarezervirovan-mednyj-kulon-s-n5343985_L2
получилось, что красивая оплетка, в основном, нашлась для молдавита (метеоритное стекло)

Да, и уточняю на примере, почему мне не нравится цепь на ожерелье. По-моему, оплечье, должно заканчиваться чем угодно, но не цепочками. Цепочки и шнуты хороши для подвесков, медальонов, камней и тому подобному яркому единичному украшению. Хотя, подвески и яркие камни, вполне могут иметь место и в ожерелье.

Примеры

Здесь, как мне кажется, цепь просто убивает идею красивого ожерелья. Так и хочется купить и переделать.

$(KGrHqV,!i0FB1m47oRcBQihq)ORQg~~60_1DSC05436DSC05418DSC05390$(KGrHqF,!jcFBmsm+Lr6BQl7yD!R-g~~60_1

Как? Да, использовать вместо цепи другую фурнитуру. Ее - море. Металлической, в разных стилях. А, можно, подходящий каменный бисер. Он выглядит просто прекрасно. И, форм самых разных и размеров, и цвета и обработки.

Пример, как можно убрать цепь с глаз долой. Возможностей и материалов масса. Остается, только применить умение и свою фантазию.

f783560161-ukrasheniya-kole-serdoliki-agat-ametist-n7927
da92771824-ukrasheniya-etnicheskij-oshejnik-sinij-n2796
384330243_o
352093322_o
5942d4bb9c70d105b5829c7e59026feb
2012entry50
18inch10-16mmnaturalsilverkeshi-UJ-2_zpsf89e5c49x_e169f799
x_afc41011
x_74413985
x_9e168608
x_6a087f6c
U4IU2c0WemE
593369976_o
520190915_o
450835127_o




Но, цепь часто тоже идеальна и к месту. Для меня, ессно, к примеру, тут

88527146x_96fa7db6
x_22d5e620

А, еще, можно, как раз, сделать шейное украшение, в виде гривны. Как же они мне нравятся. Разнообразные и такие изысканные.

93b7193667-ukrasheniya-kulon-brosh-vlyublennaya-undina-n5726x_e613bdf5x_c351d256x_aa54b258x_88c51690x_64fca2bfx_8f7f858bx_1d4ad7e6
spektr_1
imagesfacetedquartz400etno-kole-s-belemnitami-amazonkae75131193_600$(KGrHqF,!qkF!9gDgZcHBQiPPz4N4!~~60_57

Как я дошла до жизни такой

Ступенька первая. (ибо, все происходит, постепенно, вроде как, идешь по лестнице, медленно или быстро поднимаясь вверх и, нибожемой, спускаться)

Рассказываю, какк все началось...

Вначале была тьма, потом стал свет.
Одно увлечение постепенно то ли перерастает, то ли расширяется, но, так случилось, что изначальное воспоминание о девичьем увлечении простой ювелиркой. Вроде, сделать простые сережки или колечко из серебряной монеты 20х годов, с определенным камушком, купленным в известном в 70-80е годы магазине на Петровке "Русские узоры" (кажется, он назывался именно так). Но, тогда, это увлечение молодой барышни бодро прикрыли взрослые дяди. Правда, только погрозили пальчиком, не больше. Но, интерес к созданию собственных шедевров угас надолго.
А, сейчас, как бы, на склоне лет, решила вспомнить прошлое, благо сила страсти и фантазия, пока еще есть.

В общем, обозрила художественные горизонты. И обмерла. Столько техник появилось, чтобы не пользоваться горелкой и тигельком. Чем только камни ни закрепляют. Бисером оплетают по краю и полностью, оплетают проволокой разных металлов, зажимают готовыми лапками, просто клеют на тоже, тоже, готовую, фурнитуру. Украшения дополняют всем, на ложится глаз и что попадает под руку.


Ниже фото. (заранее, прошу прощения у авторов за использование, но исключительно, как примеры авторской работы в разных техниках, доходов с этих фото у меня - ни боже мой) Взяты с гигантского сайта "Ярмарка мастеров". Специально фото не искала, взяла те, которые первыми увидела.


бусы с вязаными или обвязанными бусинами (мастер Ольга)

бусы с вязаными или обвязанными бусинами


обвязанный бисером кабошон


обвязанные бисером кабошоны (автор Мария Прокс)


сложение готовой фурнитуры, умелых ручек и дополнительных техник + фантазия (мастер Света)

сложение готовой фурнитуры со стразами и бисером

бисер + натуральные камни



оплетка камней проволокой (автор STASIRRA)

А лично мне хотелось, ну очень хотелось, научиться делать украшения с сприменением горелки. Т.е. научиться (или вспомнить, как) работать с металлом.

Примеры таких работ (автор STASIRRA):



Сделала несколько ожерелий с камнями, с фурнитурой, и вдруг.....
Я ПОНЯЛА, ЧТО ХОЧУ И ЭТО И, ЕЩЕ, ДРУГОЕ. НАСТУПИЛ СЛЕДУЮЩИЙ ЭТАП ХОТЕЛОК...

Джэн Харбон (Jan Harbon). Иллюстрации. Акварель. Цветы. Животные.

Нежнейшие цветочные акварели Jan Harbon давно уже приобрели популярность во всем мире. В течении последних 10 лет она является постоянным членом Общества Цветочных живописцев (есть такое общество в Англии).
Живет со своей семьей в Хемпшире, работает в собственной студии и занимается преподаванием рисунка.
Хемпшир славится истинно английским духом. Там, в английских садах, для Джэн поистине неиссякаемый источник вдохновения.















Утонченные викторианские акварели Джэн Харбон, в виде открыток, эстампов, книжных иллюстраций можно повсеместно видеть в витринах книжных магазинов, на страницах книг, альманахов, альбомов и журналов.













Christine Kilger - художница, создательница фантастически красивых ламп

Каждая лампа абсолютно уникальна. Имея у себя такой светильник, мне кажется, что сам захочешь каждый прожитый день становиться все талантливее и талантливее. Или, по крайней мере, все лучше и лучше. Чтоб, не было мычительно больно за дни, бесцельно и бездарно, проведенные рядом с такой красотой. Красота обязывает. Ну, мне так кажется.









и еще много много много красоты тут http://www.nightshades.com/lamps.html

Шпильки для волос японки Сакае

В последнее время как-то само собой начала возвращаться к тому с чего когда-то начинала. К прикладному искусству. Ну, у меня это искусство, весьма опосредованно можно назвать искусством. А вот, искусство истинных мастеров - я преклоняюсь перед такими художниками. И учусь помаленьку. Ведь, когда я пыталась заниматься изготовлением украшений, лет этак сорок назад, ничего особого из инструментов и материалов не было. И мы делали свои изделия из всего что попадало под руку. И было красиво. Нам, тогда нравилось. А сейчас столько материала, свтолько возможностей. Только дерзай. Вот, сейчас смотрю, и дерзаю. Как-нибудь, и свое выложу. Когда перестану стесняться своих изделий. А, пока посмотрите на потрясающую красоту маленьких шедевров мастерицы из Японии. Люблю искусство Японии. Во всех его проявлениях.

Сначала, пояснение, чтоб было все понятно.
Традиционные высокие прически японок всегда украшены канзаши (kanzashi). Канзаши - это специальные шпильки в виде цветов и бабочек, которые, по поверью, обладают магической силой. Если носить их в волосах, они отгонят злых духов.











Мастерица Сакае (Sakae) из префектуры Фукуоки создает невероятно красивые шпильки канзаши. Она не делится секретом, из какого материала и каким образом она изготавливает свои замечательные магические украшения. Но выглядят они просто потрясающе. Тонкая работа. Любую прическу они способны превратить в маленький шедевр, поскольку и сами являются настоящим произведением искусства.

































БОРИС ТАККЕ. Прозеванный гений

БОРИС ТАККЕ
ЖЗЛ (БОРИС ТАККЕ. ЖИЗНЬ ДО И ПОСЛЕ РЕВОЛЮЦИИ)



Жизнь и творчество Бориса Такке делится на «до» и «после» 1917 года. Возможно, об этом подробно пишет родственница художника Мария (Мариэтта) Муат в своей книге «Загубленный талант», которая активно рекламируется в интернетных книжных магазинах (правда, цена «кусается» - до двух тысяч за книгу). В интернете же о художнике нашел несколько статей, которые и стали основой этого материала. Моим читателям решать, в чем «загубленность» таланта художника. В том, что не покинул страну посл... Читать далее...

Русский художник, плакатист и график.
Борис родился в семье купца второй гильдии Александра Каспаровича Такке. Детство он провел в имении Софрино, недалеко от ткацких мануфактур, принадлежавших отцу.

Учеба

Юноша учился в престижном Первом Московском реальном училище, после чего поступил в знаменитое Московское училище живописи, ваяния и зодчества, где его учителями были Леонид Пастернак, Абрам Архипов и Константин Коровин. Педагоги сразу обратили внимание на не по-юношески серьезные и продуманные работы Бориса.
Еще будучи студентом, в 1906 году Такке принял участие в 26-й выставке Московского общества любителей художеств и заслужил лестные рецензии прессы.


Борис Такке (наверху, в центре) вместе с художниками В.С. Бартом, А.В. Куприным, Р.Р. Фальком, М.Ф. Ларионовым, А.И. Мильманом. М.Шагалом и др. 1910 г.

В декабре 1910 года в Москве, на Большой Дмитровке открылась выставка «Бубновый валет», продолжавшаяся до января 1911 года. Впоследствии участники выставки организовали одноимённое творческое объединение - Общество художников «Бубновый валет». На первых порах объединение включало преимущественно московских живописцев — впоследствии в него входили петербургские художники и представители других городов, а в выставках участвовали даже художники из Европы – Жорж Брак, Андре Дерен, Пабло Пикассо, Ле Факонье, Морис де Вламинк, Конрад Кикерт и др.
Напомню, что в 1912 году от общества откололся ряд художников, тяготевших к примитивизму, кубофутуризму и абстракционизму, в том числе, братья Бурлюки, Наталья Гончарова, Михаил Ларионов и Казимир Малевич. Через четыре года «Бубновый валет» покинули Петр Кончаловский и Илья Машков, и в 1917 году объединение распалось, тем не менее, став целой вехой в истории русского искусства.
Участие в той первой выставке «Бубнового валета» стало звездным часом тогда еще студента МУЖВЗа, который был к тому же самым молодым участником выставки.
Поэт и художник Максимилиан Волошин в большой статье, опубликованной в приложении к «Аполлону», написал: «Надо отдать справедливость устроителям выставки: они сделали все, чтобы привести в неистовство глаз посетителя. В первой же комнате они повесили самые колючие и геометрически-угловатые композиции Такке и Фалька». Бориса Такке Волошин в статье назвал «очарованным Пикассо».



Опять же, во время учебы Такке в 1911 году отправился в путешествие по Европе. Отца к тому времени уже не было в живых, денег не хватало, но мать решила, что «для художника необходимо увидеть Италию». Из поездки художник привез не один альбом этюдов и зарисовок. Историки пишут, что эти рисунки «поражают мастерством, изысканной пластикой, упругой, мощной линией».
После возвращения из-за границы и окончания в 1912 году МУЖВЗа художник жил и работал в Москве, много сделал в области книжной графики.

Революционный держите шаг!

Еще в Московском училище живописи, ваяния и зодчества Борис познакомился и подружился с художником и графиком Владимиром Конашевичем (1888—1963), который учился в МУЖВЗе с 1908 по 1913 год.
Отец очень хотел видеть Владимира архитектором, поэтому он поступил на архитектурный факультет, однако вскоре перешёл на живописное отделение в мастерскую Коровина и Малютина. По окончании училища Конашевич возвратился в Чернигов и увлекся копированием старой живописи. Он сделал несколько акварельных копий росписей во дворце графа Завадовского в Ляличах, близ Чернигова, и отослал их в Петроград. Молодой архитектор А.Я. Белобородов, перестраивавший в то время в Петрограде часть Юсуповского дворца на Мойке, заинтересовался акварелями и пригласил художника для декоративной отделки. В конце 1915 года Конашевич переехал в Петроград и позвал туда Такке, поскольку можно было получить заказы на росписи в частных особняках.
Борис тоже переехал в Петроград, где вместе с Конашевичем расписал ряд петербургских особняков. Конашевич, кроме того, проектировал паркеты и мебель, принимал участие в реставрации Павловского дворца-музея, сделав внутреннюю отделку стен дворца, вел класс композиции в женской Школе народного искусства.
Наступившая в феврале 1917 года Февральская революция, а вслед за ней Октябрьский переворот изменили жизнь и направление творчества Такке. Видимо, художник с радостью воспринял исторические перемены (хотя сам был из «бывших»!), поскольку уже в 1918 году он по заданию Петросовета оформлял первомайские демонстрации и декорировал, как бы сейчас назвали, баннерами Марсово поле, Зимний дворец и Александринский театр.


Борис Такке Без названия

В начале 1920-х годов Такке стал активно работать в рекламе. Частные предприятия были национализированы, на их основе создавались крупные производственные тресты - «Моссельпром», «Резинотрест», «Табакотрест» и др. Естественно, продукция новых предприятий требовала новой «советской» рекламы. Ведь народ должен был привыкать к тому, что «Товарищество Эйнем» стало фабрикой «Красный Октябрь», «Товарищество Габай» - табачной фабрикой «Ява», а «Товарищество Абрикосов и сыновья» - фабрикой имени П. А. Бабаева. Для справки сообщу, что Пётр Акимович Бабаев (1883—1920) был азербайджанским революционером, принимал участие в трёх революциях, а с 1918 года работал секретарем Сокольнического райкома РКП(б) в Москве.
Во второй половине 1920-х годов трест «Моссельпром» создал рекламный отдел, в который пригласили работать таких художников, как Константин Юон (1875—1958), Михаил Буланов (1894-1965), Дмитрий Тархов (1893–1948) и др. Стал работать в рекламном отделе «Моссельпрома» и Такке.


Борис Такке Требуйте кондитерские изделия госфабрик. Моссельпром.

Катька

Надо отметить, что художник не превратился в чистого «оформителя», он продолжал активно заниматься и творчеством. Одна из ярких работ того периода - картина «Катька», написанная по мотивам поэмы Александра Блока «Двенадцать». Эта работа была представлена на I Государственной передвижной выставке картин в 1925 году.



Борис Такке Катька. 1921 г.

Такке всю жизнь преклонялся перед Блоком и был с ним знаком. По воспоминаниям самого художника, о которых впоследствии рассказывала его сестра Ирина Александровна Залетаева, в последний приезд Блока в Москву, когда поэт был уже очень болен, он, придя в мастерскую к художнику, долго смотрел на картину, а потом сказал: «Да, это моя Катька».

«Изображение лихой, молодой женщины с папиросой, зажатой в губах, буквально поразила ценителей живописи. Особенно завораживали ее глаза – этот взгляд не отпускал от себя. Такое мог создать художник, равновеликий по дару большим мастерам русского искусства начала ХХ века, – таким, как Юрий Анненков или Борис Григорьев, чьи образы с их изломанными линиями передали страшное время перемен, происходивших в России».
В середине 1930-х годов, когда начались массовые репрессии, а конкретней, вскоре после убийства Кирова, Борис Такке передал эту картину на хранение своей сестре, театральному художнику и модельеру Ирине Александровне Залетаевой, которая умерла в 1978 году. В апреле 1987 года, через год после создания на волне перестройки Советского (а ныне Российского) Фонда культуры, картину подарил Фонду супруг И.А.Залетаевой - Михаил Васильевич.

Главное – выжить!

Историки пишут, что «Борис Такке достаточно рано понял, под какой властью приходится жить». Тем не менее, 20-30-е годы прошли под знаком «служения партии и трудовому народу». Художник создавал плакаты, изображающие «трудящихся победившего социализма», писал портреты Сталина, Калинина, Молотова и Ворошилова.
Такке активно участвовал в выставках Ассоциации художников революции (АХР), созданной в 1922 году и распущенной десять лет спустя.


Руководство АХР - Е.А.Кацман, И.И.Бродский, Ю.И.Репин, А.В.Григорьев, П.А.Радимов. фото 1926 г.

Главной задачей «ахристов» была «попытка воссоздания исторического или современного события в форме героизированной документальности». Кроме этого, Такке был членом московского Общества художников-реалистов (ОХР), просуществовавшего с 1927 по 1932 год, и Общества московских художников «Жар-цвет», основой которого были бывшие участники выставок «Мир искусства» и «Московского салона», и которое было упразднено в 1929 году, проработав всего шесть лет. Членами «Жар-цвета», кстати, были многие известные художники – Архипов, Богаевский, Добужинский, Кардовский, Остроумова-Лебедева и Петров-Водкин. Они пытались продолжать традиции «Мира искусства», но ставили своей задачей противопоставить «этюдности» «композиционный реализм настоящей станковой картины».
Но в начале 1930-х годах в СССР начала проводиться широкая кампания по ликвидации независимых творческих союзов и созданию централизованных органов управления творческой интеллигенцией. Слова «управление творческой интеллигенцией» особо «значимы» для любого творца.
В 1932 году Такке стал членом образованного Московского Областного Союза художников - МОСХа (ныне - Московский Союз художников) и даже работал в Центральном Бюро Союза.
Борис Александрович преподавал в Коммунистическом Университете имени Свердлова и в Училище Рерберга. Русский художник Фёдор Иванович Рерберг (21 июня 1865—1938) открыл частное училище еще в 1906 году и сам преподавал в нем до 1931 года. В 1929 году Училище Рерберга было преобразовано в Государственные курсы живописи и рисунка Бауманского отдела Народного образования.
Кроме этого Такке вёл мастерскую с художниками-мультипликаторами.

На выставке, посвященной 15-летию комсомола в 1934 году и на выставке «20 лет РККА» в 1938 году художник представил помимо портретов вождей большие полотна на темы советской героики – картины «Вперед, коммунисты» (1934) и «В атаку», которые, как пишут историки «вызвали всеобщее одобрение». Историки также подметили тот факт, что часто лица персонажей Такке имели портретное сходство с самим художником.
Несмотря на такое активное участие в строительстве нового советского искусства, художник все же в середине 1930-х ждал со дня на день ареста. «Первым звоночком» была ликвидация независимых объединений, в которые он входил.

Впрочем, как пишут историки, обвинить художника могли в чем угодно. Припомнить его участие в «Бубновом валете» и обвинить в буржуазном «формализме», или вспомнить, что он вместо революционной борьбы расписывал петербургские особняки и дворцы угнетателей трудящихся. Еще могли обвинить в пособничестве «врагам народа» только потому, что он написал портреты вождей революции Троцкого и Рыкова, которые оказались теми самыми «врагами народа», хотя картины эти художник писал по заказам советских учреждений.
Невестка художника, ставшая главным пропагандистом творчества Такке, вспоминала, что ее свекровь (жена художника) часто вспоминала историю, когда после известия об убийстве Кирова Борис сказал ей: «Ну, Манечка, сейчас начнется», и пошел жечь письма и рисунки.


Борис Такке Без названия.

С некоторыми дорогими ему картинами Такке не смог расстаться, и только благодаря этому они сохранились. Например, картину «Васька», которая была написана в 1928 году после рекламы шоколада, Такке спрятал за шкаф в рулон старых листов ватмана, где она и была найдена уже после смерти художника. Хотя что может быть криминального в изображении улыбающегося счастливого мальчишки на фоне шаров разного цвета и размера?




Борис Такке Шоколад с молоком.

Семья и наследие

Историки пишут, что в те сложные сталинские времена помогла художнику выжить и не сломаться (хотя эти высокопарные слова более подходят к тем художникам, которые познали на себе, что такое ГУЛАГ, зоны, этапы, но при этом умудрялись творить) жена Бориса Такке - Мария Александровна. Отец Марии – Александр фон Эрленвейн – работал в Ясной Поляне учителем, вместе с Львом Толстым участвовал в создании журнала « Копейка». С первым мужем, директором Майкопского завода, и сыном Андреем, Мария Александровна (по мужу – Муат), в 1924 году бежала из Крыма в Москву, спасая супруга от неминуемого ареста. В Москве Мария Александровна познакомилась с Такке, и после смерти Муата соединила свою жизнь с художником.
Приемный сын художника Андрей, ставший режиссером-мультипликатором, женился на ученице Марии Кнебель – Мариэтте Павловне (31 декабря 1923 — 4 сентября 2010). Мариэтта Муат - режиссёр, автор фильмов «Тени старого замка», «Расмус-Бродяга» по произведению Астрид Линдгрен и «Немухинские музыканты». Она сняла также целый ряд телеверсий спектаклей Малого театра и МХАТа, запечатлевших последние выходы на сцену великих «стариков» русского театра. Муат принадлежит также разработка методики многокамерных съемок на советском телевидении.
Мариэтта Павловна прожила рядом с Такке последние пять лет его жизни. Она вспоминала: «Борис Александрович был человеком удивительно сдержанным, поразительного достоинства. Он никогда не показывал своих чувств, но благородство было буквально в каждом его жесте. И дома все дышало каким-то давно ушедшим и очень достойным временем. Помню: обед из трех картошек, но стол всегда сервирован очень красиво. И в этом не было никакой спеси. Просто эти люди жили по-другому».


Борис Такке умер в 1951 году.....

Невероятно, но факт – в ожидании ареста Такке сжег большинство своих работ и огромную часть архива. Хотя те же историки пишут, что свои картины художник почти никогда не подписывал.

(no subject)

Дарья Герасимова

ТАЛАНТ ДОБРОТЫ
(о Владимире Конашевиче)
http://www.rostov50.ru/1950_konashevich_gerasimova.html

Как мы живём, так мы поём и славим…
Афанасий Фет



Наверное, каждый художник-иллюстратор, делающий книги для детей, на всю жизнь в глубине души остаётся ребёнком. Ольга Чайко, рассказывая о своем отце Владимире Конашевиче, вспоминала такой эпизод: «Однажды, возвращаясь из школы, я увидела, что папа ждёт моего возвращения у окна. Как только я вошла во двор, папа мне крикнул: «Стой и смотри, который дальше полетит». И из окна на меня полетела целая стая маленьких, склеенных из ватмана планёров различной конструкции.
«Папа, ты что, с ума сошёл!» — крикнула я, не отличавшаяся большой почтительностью. «Неужели правда сошёл с ума?» — думала я, с трудом пролезая в ореховый куст, куда залетел планёр самой удачной конструкции.
Когда я вошла домой с полным подолом планёров, неся в руке отдельно победителя, я услышала, как папа говорил маме: «Боже мой, Женечка, какая тоска, наша дочь становится взрослой»
(1)
.
Владимир Михайлович Конашевич (20.05.1888, Новочеркасск — 27.02.1963, Ленинград) — русский художник-график, доктор искусствоведения, заслуженный деятель искусств РСФСР (1945). Создал индивидуальный, узнаваемый стиль оформления сказок, в котором яркость образов, витиеватые узоры и виньетки сочетаются с ироничным взглядом художника, умением увлечь ребёнка игровыми, живыми композициями, поэтичностью фантазии и красочной декоративностью рисунка.
Владимир Конашевич родился в Новочеркасске, в семье банковского служащего. Вскоре после его рождения семья переехала в Москву. Жили скромно. Снимали четырёхкомнатную квартиру на Садовой-Самотечной в доме казачьего генерала Дукмасова. Отец служил в Крестьянском банке, расположенном в том же доме. Это была простая, бесхитростная жизнь с визитами к тёткам, играми в детской, придумыванием сказочных историй про маленьких человечков, новогодними ёлками… Много лет спустя в блокадном Ленинграде Конашевич с нежностью вспоминал о такой ёлке из детства: «Мы с сестрой стояли на пороге столовой в немом, восторженном изумлении. Ёлка сверкала живыми огоньками свечек. Огоньки отражались искрами на золотом и серебряном дожде, на позолоте орехов, блёстках коробочек и золотой обёртке шоколадных конфет. Крымские яблочки вертелись на своих нитках вправо и влево, показывая то жёлтые свои, то красные бока; а наверху сияла серебряная стеклянная пика…»
(2)

. Как и многим мальчишкам, будущему художнику в те годы нравилось рисовать исключительно лошадей и сражения.
В 1897 году семья переехала жить в Чернигов — отец поссорился со своим начальником князем Кудашевым (управляющим банком), отказавшись провести не вполне законную операцию. В Чернигове Конашевич окончил реальное училище. Он с удовольствием занимался математикой, играл на скрипке. Увлекаясь символизмом и романтизмом, переписывал в тетрадь стихи Фета и Блока. Брал частные уроки у художника Ивана Ивановича Михайлова, затем стал заниматься у живописца П.Д.Цыганка.
В 1908 году Владимир Михайлович был зачислен в Московское училище живописи, ваяния и зодчества (1908-1913). Отец очень хотел видеть его архитектором, поэтому Конашевич поступил на архитектурный факультет. Однако «после бурной переписки с отцом, презрев увещевания инспектора училища Гиацинтова»
(3)
, перешёл на живописное отделение (учился у К.А.Коровина и С.В.Малютина).
Странное дело, учёбой Конашевич был разочарован: «В училище мне показалось как-то скучнее, чем я ожидал. И хоть я старательно писал по утрам и рисовал по вечерам, но делал это без ожидаемого воодушевления»
(4)
. Возможно, это разочарование было вызвано тем, что многие преподаватели училища находились в растерянности и не знали, чему следует учить студентов, когда в мире то и дело возникают новые и новые художественные течения: кубизм, супрематизм, лучизм… А среди учащихся были такие известные впоследствии представители «левого искусства», как Ларионов
(5)
, Бурлюк
(6)
, Гончарова
(7)

В 1915 году Конашевич переехал в Петроград. Вместе с С.В.Чехониным и Н.А.Тырсой он расписывал Юсуповский дворец (1915-1917), ряд петербургских особняков, принимал участие в реставрации Павловского дворца-музея, устраивал выставки. Три года занятий декоративными работами позднее ярко проявились в его подходе к оформлению детских книг.
Первой детской книгой Владимира Михайловича стала «Азбука в рисунках В.Конашевича» (1918). Как вспоминала дочь художника, «Азбука» родилась из писем, которые Конашевич писал жене, уехавшей с дочкой к родным на Урал и застрявшей там на долгое время (Урал оказался отрезан армией Колчака): «Папа писал маме письма, а мне присылал картинки. На каждую букву алфавита. Мне было уже четыре года, и, очевидно, он считал, что пора уже знать буквы. Позднее эти картинки были изданы под заглавием “Азбука в картинках”»
(8)
. В отличие от композиционно сложной «Азбуки» Александра Бенуа, Конашевич создал книгу, выстроенную при помощи крупных изображений предметов и животных, нарисованных акварелью. В том же году он проиллюстрировал книгу Е.Е.Соловьёвой «Розовая азбука», более живую, сделанную литографским карандашом с написанным от руки текстом. Предмет на рисунке в детской книге, считал Конашевич, должен быть показан полностью, «чтобы все его части были видны»
(9)
. Перспективные искажения недопустимы, а цвет должен быть локальным, без светотени. «Композиция должна быть проста и непосредственно вытекать из самого действия, заключённого в тексте. Только этим будет достигнута необходимая ясность. Ребёнок с первого взгляда должен «понимать» картинку, то есть уяснить себе изображённое на ней событие»
(10)

. Этот принцип закладывается уже в первых его работах.
Затем на какое-то время Конашевич отходит от детской книги. Для изданий «Народной библиотеки» он делает иллюстрации пером к «Бежину лугу» И.С.Тургенева, «Женитьбе» Н.В.Гоголя, создаёт многочисленные обложки для книг и брошюр Государственного издательства, оформляет произведения новой советской литературы («Великое таинство», «Научился» К.Федина). Для издания тургеневской повести «Первая любовь» он выбирает небольшой формат и рисует не только иллюстрации, но и маленькие виньетки, добиваясь особого лирического настроения, созвучного тексту книги. В числе других значительных работ того времени: «Помещик» И.С.Тургенева, «Белые ночи» Ф.М.Достоевского. Все эти книги Конашевич делает в разных графических техниках, пытаясь найти свой изобразительный язык, индивидуальный голос художника-иллюстратора. Самой большой удачей можно назвать сборник стихотворений А.А.Фета. «Если бы Конашевич, — писал его современник Э.Голлербах, — ничего не сделал, кроме Фета, «Первой любви» и «Помещика», то и тогда бы его имя запомнилось в истории иллюстрационного искусства»
(11)
. Для этого сборника Конашевич сам подбирает стихотворения, а иллюстрации делает, где-то едва касаясь бумаги и чуть намечая контуры фигур и действие прерывистыми, лёгкими линиями, где-то прибегая к эмоциональной, густой штриховке; он создаёт своё — визуальное поэтическое повествование. Не случайно исследователь его творчества Ю.Молок писал, что рисунки Конашевича к стихам Фета «остались в истории русской графики как превосходные лирические страницы… где художник не побоялся состязаться с поэтом»
(12)
.
В годы, когда создавались эти книги, Владимир Михайлович служил помощником хранителя Павловского дворца-музея (1918-1926); составлял путеводители по Павловску; создавал станковые работы; преподавал в Академии Художеств рисунок и руководил литографской мастерской (1921-1930). Техникой литографии Конашевич владел мастерски — серии его станковых литографий и рисунков «Улицы», «Павловская шпана», «Мелкие рассказы», «К 10-й годовщине Октября» (1926-1927) не только участвовали в нескольких выставках, но и были приобретены Третьяковской галереей и Русским музеем. А за серию литографий «Павловский парк» (1921-1925) он даже получил почётный диплом на международной выставке декоративных искусств в Монца-Милане (1927).
Как иллюстратор детской книги Владимир Михайлович начал активно работать с 1922 года. В том году с его иллюстрациями вышло несколько сказок Шарля Перро («Кот в сапогах», «Мальчик с пальчик», «Красная Шапочка») и «Сказка о рыбаке и рыбке» А.С.Пушкина. В книжках этих — нарядных, изысканных — прослеживались традиции художников объединения «Мир искусства». Печатались сказки в Берлине, на хорошей бумаге, при помощи офсетной печати (которой в России тогда ещё не было), позволявшей воспроизвести все нюансы лёгкого акварельного рисунка, но в прессе подвергались нападкам за то, что были сделаны «скорее для библиофилов, чем для детей»
(13)
.
В том же году по приглашению Бенуа Конашевич принял участие в выставках «Мира искусства» в Петрограде, где стал членом этого общества. Близость к эстетическим ценностям дореволюционной книжной графики отличала Владимира Михайловича от большинства его ровесников, приходивших в детскую книгу после знакомства с миром рекламы и агитационного плаката. Вместе с тем, Конашевича, самого молодого из «мирискусников», в подходе участников этого объединения к оформлению изданий для детей многое не устраивало. В его собственных работах отсутствовала отстранённая «красивость», там возникал тёплый, уютный для ребёнка мир. Ю.Герчук очень точно подмечал, что в книгах Конашевича не было «иронически-снисходительного тона взрослых», который в той или иной мере был присущ книгам «мирискусников», но было умение «играть с детьми в одинаково весёлые для них и для него игры»
(14)
.
Следующие цветные детские книги Конашевича выходили уже в России, и иллюстрации к ним он, как и все художники того времени, делал при помощи литографии. После знакомства в 1923 году с С.Я.Маршаком Владимир Михайлович оформил несколько его книг: «Сказка о глупом мышонке», «Кривоносый», «Петрушка-иностранец», «Три зверолова». Самой большой удачей стал «Пожар» (1923), в котором, пользуясь всего тремя цветами — красным, жёлтым и чёрным, Конашевич создал яркое, динамичное и весьма зрелищное действие. Интересно, что критика оценила эту работу выше многих книг Владимира Лебедева: «В «Пожаре» есть то, чего нет, например, даже в красивых тоже лебедевских: теплоты близкого присутствия детей…»
(15)

. Впоследствии Конашевич неоднократно возвращался к этой книге, пытаясь сделать новые иллюстрации. К сожалению, не всегда эти попытки были удачными.
Примерно в те же годы состоялось знакомство художника с Корнеем Ивановичем Чуковским, переросшее затем в дружбу, тесное сотрудничество, а иногда и соавторскую работу по созданию книги. Между тем, начало этого знакомства было не очень приятным. Чуковскому крайне не понравились рисунки Конашевича: «Третьего дня пошёл я в литографию Шумахера <…> и вижу, что рисунки к «Мухе-цокотухе» так же тупы, как и рисунки к «Муркиной книге». Это привело меня в ужас», — записал Корней Иванович в дневнике
(16)
. Чуковский поехал в Павловск знакомиться с художником
(17)





Несмотря на все разногласия, два мастера — художник и поэт — создали множество замечательных книг: «Мухина свадьба» (1924), «Путаница» (1926), «Муха-Цокотуха» (1927), «Барабек и другие стихи для детей» (1929), «Тараканище» (1929), «Телефон» (1934), «Мойдодыр» (1938), «Чудо-дерево» (1944) и другие. Нередко для очередного переиздания той или иной книги Конашевич делал новые иллюстрации. Например, комарик в одной из первых книжек про Муху-Цокотуху из сказочного рыцаря превратился, в духе времени, в бравого красноармейца…
В середине 1920-х годов Конашевич увлёкся гравюрой на дереве. В этой технике он сделал несколько книг, в том числе «Повесть о том, как поссорились Иван Иванович с Иваном Никифоровичем» Н.В.Гоголя, сборник сказок А.С.Пушкина. В начале 1930-х художник вновь обратился к взрослой литературе: «Избранные произведения» А.П.Чехова, «Сирень цветёт» М.М.Зощенко, «Стихотворения» Г.Гёйне, «Города и годы» К.Федина, «Повесть» Б.Л.Пастернака — вот далеко не полный список книг, проиллюстрированных им в тот период. Самыми яркими, поэтичными стали литографии к повести А.Ф.Прево «Манон Леско» (1931), которые в 1937 году на Всемирной выставке в Париже были отмечены Золотой медалью.
«Художник должен отвечать за каждую свою линию. Как бы легко и свободно ни был сделан рисунок, в нём всё должно быть на своём месте и как раз в меру: ни убавить, ни прибавить!» — писал Конашевич
(18)
. «Я просто выбрасываю готовый рисунок, если он хотя бы частично не удался. Не переделывая, не исправляя старого рисунка, я вновь рисую на чистой бумаге. Этим и достигается непосредственность и свежесть, если она у меня когда-нибудь бывает»
(19)
. На протяжении всей жизни художник очень легко переключался с одной работы на другую. Спустя какое-то время возвращался к старым рисункам, переделывал их
(20)
.

Творческая жизнь Конашевича не была спокойной и мирной. Несмотря на признание его заслуг на международных выставках, в родном отечестве всё было отнюдь не просто. После появления в «Правде» от 1 марта 1936 года статьи о «художниках-пачкунах» в прессе начались активные нападки на Конашевича, Владимира Лебедева, Татьяну Маврину, Юрия Васнецова и многих других художников. В формализме обвинялись те, кто посмел иметь не безликий стиль рисования, а свой собственный, яркий, индивидуальный. Гневную статью «Против формализма и штампа в иллюстрациях к детской книге» напечатал журнал «Детская литература». Владимира Михайловича заклеймили в ней как компрачикоса, губящего своим искусством детские души: «В рисунках, предназначенных для дошкольников, художник совершенно не учитывает особенностей их восприятия. Его совершенно не интересуют зрители», — возмущался анонимный автор. — «Формалистичность метода В.Конашевича сказывается во всех работах этого художника»
(21)
. В прессе то и дело появлялись статьи с несправедливыми рецензиями на творчество художника
(22)
.

Конашевич глубоко переживал эту травлю, ведь он необычайно серьёзно относился к своей работе. «Я твёрдо уверен, что с ребёнком не нужно сюсюкать и не нужно карикатурно искажать формы. Дети — народ искренний, всё принимают всерьёз. И к рисунку в книжке относятся серьёзно и доверчиво. Поэтому и художнику надо к делу относиться серьёзно и добросовестно»
(23)
.
Несмотря на все нападки, он продолжал идти по раз и навсегда выбранному пути — рисовал новые детские книги, занимался педагогической деятельностью. Сначала преподавал и руководил мастерской в Школе народного искусства (1916-1919), затем — в Академии Художеств (1921-1930, 1944-1948). Кроме того, писал акварелью, рисовал красками и тушью на китайской бумаге, ведь знанию натуры он придавал огромное значение: «Художник книги без постоянной работы с натурой существовать не может. В противном случае его искусство выродится во всякие отвлечённости, росчерки и вензеля»
(24)
.
С детскими журналами Конашевич сотрудничал постоянно. Он делал иллюстрации для первого советского журнала для детей «Северное сияние», который выходил под редакцией М.Горького. Рисовал для «Чижа» и «Ежа», «Весёлых картинок», «Мурзилки»…
Война застала художника в Павловске. Уже перед самым наступлением фашистских войск он успел уехать оттуда в Ленинград, где и провёл всю войну. Среди умирающих друзей и близких он, не теряя веры в победу, продолжал работать: иллюстрировал детские книги, писал воспоминания о детстве — о сестре Соне, умершей в блокадную зиму, о родителях, тётках, новогодней ёлке, куклах… «По контрасту с этим почти постоянным громом и ужасом так сладко вспоминается тишина и мир нашей детской жизни, вставленной в более прочное и спокойное внешнее обрамление»
(25)

. Устраивал выставки — в 1943 году в Союзе художников представил около трёхсот работ


(26)
. В 1943-1944 гг. вместе с другими художниками оформлял Военно-медицинский музей, делал рисунки для «Атласа переливания крови»
(27)
, писал портреты солдат.
1945-й победный год оказался для Конашевича необычайно счастливым. Закончилась война. Прекратились нападки в прессе. Ему было присвоено звание заслуженного деятеля искусств РСФСР. Он защитил докторскую диссертацию по искусствоведению. Началась мирная, ничем не омрачаемая жизнь — и новое творчество.
Книги «Дедушка Рох» (1958), «Старик-годовик» (1959) В.И.Даля, «Муха-Цокотуха» (1960) К.И.Чуковского, «Сказки» (1961) А.С.Пушкина получали дипломы Всесоюзных конкурсов как лучшие по художественному оформлению и полиграфическому исполнению издания. Рассказывая о том, как он придумывает рисунки, Конашевич признавался: «есть художники, которые изобретают и думают с карандашом в руке… <…> Я художник другого склада. Раньше, чем я возьмусь за карандаш, я должен выяснить всё заранее, представить себе мысленно уже готовый рисунок во всех деталях…»
(28)
. Именно поэтому его не устраивали многие из готовых рисунков, ведь задумка часто кажется ярче, чем воплощение: «Ни одна из моих удач не кажется мне и не казалась несомненной, ни одна не была полной. Может быть, потому, что мне никогда не удаётся сделать так, как задумано», — писал художник в конце жизни
(29)
.
Корней Чуковский вспоминал, что часто, перед тем как начать рисовать, Конашевич играл на скрипке. Один, без слушателей он играл своих любимых Баха, Чайковского, Шуберта…
Оформление сказок Пушкина стало для художника одной из ответственнейших работ, в которой в полной мере проявились его мастерство и огромный талант. Он всегда проникает в самую суть, основу сказки, наполняя свои иллюстрации ярким драматизмом и образностью. Есть мнение, что именно он «как художник истинно детский, окончательно закрепил эти сказки за детьми»
(30)
.
Подготовительная работа была огромной. Исследователь Л.Громова обращала внимание на то, что, кроме поиска пластического решения иллюстраций, Конашевич проводил настоящие научные изыскания, анализировал тексты Пушкина. Так, например, на одном из рисунков к «Сказке о золотом петушке» он изобразил царя с шутом играющими в шахматы. В окончательном варианте этой сцены у Пушкина не было, однако она была в одном из черновиков. «“Восстановив” её в иллюстрациях, художник не стремился продемонстрировать свои познания. Он хотел заинтересовать читателя, быть может, несколько его озадачить и тем самым побудить к самостоятельным поискам»
(31)
.

За книги «Плывёт, плывёт кораблик» и «Сказки старого Сюня» на международной выставке книжного искусства в Лейпциге Конашевич получил Серебряную медаль. Сборник «Плывёт, плывёт кораблик» Ю.Молок называл «главной детской книгой Конашевича», в которой тот не только создаёт удивительно яркие, красочные, радостные иллюстрации, но и «возрождает традицию книжки-картинки, с которой начиналась советская детская книга, и возвращает себе власть над маленьким зрителем, снова доверяясь его фантазии, снова обращаясь к его поэтическому чувству»
(32)
.
Дочь Конашевича вспоминала такой случай: как-то раз в Павловске в годы гражданской войны отец оказался между двух воюющих, стреляющих друг в друга армий: «Оглядевшись, папа увидел, что находится между двумя цепями солдат, переползающих, хоронясь за кустами, навстречу друг другу. Папа так растерялся, что продолжал идти во весь рост тем же размеренным шагом»
(33)
. Через все нападки и травлю художник прошёл так же размеренно и внешне спокойно, ни под кого не подстраиваясь и оставаясь самим собой не только в любых жизненных ситуациях, но и в творчестве, сохранив до конца своих дней умение радоваться жизни и умение передать эту радость детям. «Ваше чудотворное искусство, — писал Конашевичу К.И.Чуковский, — воспитывает в детях вкус, чувство красоты и гармонии, радость бытия и доброту. Потому что помимо всего Ваша живопись — добрая, в каждом Вашем штрихе, в каждом блике я всегда чувствовал талант доброты — огромное, в три обхвата сердце, без которого было бы никак невозможно Ваше доблестное служение детям»
(34)
.

ПРИМЕЧАНИЯ

1.
Чайко-Конашевич О.В. Воспоминания // Конашевич В.М. О себе и своём деле: Воспоминания; Статьи; Письма; С приложением воспоминаний о художнике. — М.: Дет. лит., 1968. — С. 413.



2.
Конашевич В.М. О себе и своём деле: Воспоминания; Статьи; Письма; С приложением воспоминаний о художнике. — М.: Дет. лит., 1968. — С. 36.


3.
Там же. — С. 169.


4.
Там же.


5.
Ларионов Михаил Фёдорович (1881–1964), русский художник. В 1900 познакомился с Н.С.Гончаровой, которая на долгие годы стала его женой и соратницей в искусстве. Один из основателей общества «Бубновый валет» (1910), впоследствии — организатор ещё более радикального художественного объединения «Ослиный хвост» (1912). Создал собственную систему беспредметного искусства — «лучизм». В 1915 году по приглашению С.П.Дягилева уехал вместе с Н.С.Гончаровой за границу.


6.
Бурлюк Давид Давидович (1882-1967), русский поэт и художник. Организатор группы кубофутуристов. В 1920 эмигрировал, с 1922 жил в США.


7.
Гончарова Наталья Сергеевна (1881–1962), русская художница. Двоюродная правнучка Н.Н.Гончаровой, жены А.С.Пушкина. Была членом «Бубнового валета», а также одной из создательниц «Ослиного хвоста» (1912); входила в «Союз молодежи». Испытала сильное влияние П.Гогена.


8.
Чайко-Конашевич О.В. Воспоминания // Конашевич В.М. О себе и своём деле: Воспоминания; Статьи; Письма; С приложением воспоминаний о художнике. — М.: Дет. лит., 1968. — С. 404.


9.
Конашевич В.М. О себе и своём деле: Воспоминания; Статьи; Письма; С приложением воспоминаний о художнике. — М.: Дет. лит., 1968. — С. 193.


10.
Там же. — С. 194.


11.
Голлербах Э. Графика В.М.Конашевича // Красная Ника. — 1926. — № 33. — С. 16.


12.
Молок Ю. Владимир Михайлович Конашевич. — Л.: Художник РСФСР, 1969. — С. 29.


13.
Витинг Н. Иллюстрации В.М.Конашевича в детской книге // Детская литература. — 1938. — № 2. — С. 27.


14.
Герчук Ю. Конашевич в жизни и в искусстве // Детская литература. — 1969. — № 7. — С. 39.


15.
Симонович-Ефимова Н.Я. Графический язык детских книжек-картинок // Новые детские книги: Сб. 4. — М.: Работник просвещения, 1926. — С. 99.


16.
Цит. по изд.: Кудрявцева Л. Кто под чудо-деревом сидит? // Дошкольное воспитание. — 1994. — № 8. — С. 60.



17.
О том, насколько непростыми и эмоциональными были отношения писателя и художника, свидетельствует их переписка. Конашевич — Чуковскому, дек. 1945 — 8 янв. 1946: «Я знаю, что я делаю паршивенькие рисунки. Но мне казалось, что в них бывало иногда одно достоинство: они хорошо сочетались с Вашими стихами. Я не хочу этим сказать, что Ваши стишки такая же дрянь! Боже сохрани! Я говорю о совпадении духа, а не качества». (Конашевич В.М. О себе и своём деле: Воспоминания; Статьи; Письма; С приложением воспоминаний о художнике. — М.: Дет. лит., 1968. — С. 313). Однако все эти баталии приводили к созданию новых иллюстраций, новых книг. Семь лет спустя Чуковский писал: «Благодаря Вам я впервые после большого перерыва снова почувствовал себя неплохим литератором и заранее завидую тем пятилетним, шестилетним советским гражданам, которые будут “читать” эту книжку» (Там же. — С. 324).


18.
Конашевич В.М. Некоторые мысли о приёмах иллюстрирования книг // Конашевич В.М. О себе и своём деле: Воспоминания; Статьи; Письма; С приложением воспоминаний о художнике. — М.: Дет. лит., 1968. — С. 201.


19.
Там же. — С. 202.


20.
Интересно, что всю жизнь Конашевич мечтал иллюстрировать не только детские книги. Из письма Конашевича Чуковскому, апрель 1954 года: «Мне надо иллюстрировать приключенческую литературу, а не стишки с прилизанными детками. Какие бы, например, иллюстрации я сделал к «Робинзону», к Стивенсону» (Конашевич В.М. О себе и своём деле: Воспоминания; Статьи; Письма; С приложением воспоминаний о художнике. — М.: Дет. лит., 1968. — С. 331).


21.
Против формализма и штампа в иллюстрациях к детской книге // Детская литература. — 1936. — № 3-4. — С. 47, 48.



22.
В одной из статей автор ничтоже сумняшеся пишет: «Иллюстрации Конашевича к произведениям классиков <…> ничего не вносят в наш иллюстративный фонд, никак не раскрывают и не дополняют текст». Порой дело доходит до откровенной грубости: его «альбом “Рожи” как наглядное пособие следовало бы сдать в музей ПВХО для изучения последствий поражения ОВ [отравляющими веществами]» (Витинг Н. Иллюстрации В.М.Конашевича в детской книге // Детская литература. — 1938. — № 2. — С. 22, 33). Автор другой статьи проводит опрос детей по восприятию ими рисунков Конашевича (организованный антинаучно, но тоже вполне в духе времени) и, увлекаясь руганью, даже не замечает, как начинает противоречить сам себе. Разбирая иллюстрации к «Сказке о рыбаке и рыбке», он пишет, что в книге «отмечается невыразительность образов», тогда как дети говорят про эти образы: «хладнокровный старик, бездушный», «служанки как ведьмы, как видения» (!) (Девишев А. «Сказка о рыбаке и рыбке» В.Конашевича // Детская литература. — 1936. — № 6. — С. 38).


23.
Конашевич В.М. О сказке // Конашевич В.М. О себе и своём деле: Воспоминания; Статьи; Письма; С приложением воспоминаний о художнике. — М.: Дет. лит., 1968. — С. 226.


24.
Конашевич В.М. Длинный ряд исканий и сомнений // Конашевич В.М. О себе и своём деле: Воспоминания; Статьи; Письма; С приложением воспоминаний о художнике. — М.: Дет. лит., 1968. — С. 245.


25.
Конашевич В.М. О себе и своём деле: Воспоминания; Статьи; Письма; С приложением воспоминаний о художнике. — М.: Дет. лит., 1968. — С. 39.


26.
У Конашевича и до войны были персональные выставки. Первая прошла в Доме искусств (Петроград, 1921), где была представлена книжная графика за 1918-1921 гг., затем — в Институте книговедения (1930), в Союзе художников (1934, 1939). И это не считая участия в коллективных выставках — как в СССР, так и за рубежом.


27.
Атлас переливания крови / Рис. В.Конашевича, Д.Митрохина, М.Цехановского и др. — Л.: Ин-т усовершенствования врачей, 1946.


28.
Конашевич В.М. Длинный ряд исканий и сомнений // Конашевич В.М. О себе и своём деле: Воспоминания; Статьи; Письма; С приложением воспоминаний о художнике. — М.: Дет. лит., 1968. — С. 244.


29.
Там же.


30.
Там же.



31.
Громова Л. Пушкинские сказки в иллюстрациях Конашевича // Детская литература. — 1974. — № 2. — С. 72.


32.
Молок Ю. Владимир Михайлович Конашевич. — Л.: Художник РСФСР, 1969. — С. 231, 234.


33.
Чайко-Конашевич О.В. Воспоминания // Конашевич В.М. О себе и своём деле: Воспоминания; Статьи; Письма; С приложением воспоминаний о художнике. — М.: Дет. лит., 1968. — С. 407.


34.
Переписка В.М.Конашевич — К.И.Чуковский // Конашевич В.М. О себе и своём деле: Воспоминания; Статьи; Письма; С приложением воспоминаний о художнике. — М.: Дет. лит., 1968. — С. 297.

Владимир Михайлович Конашевич



с детства просто обожала иллюстрации этого мастера. Прихотливые линии, изысканные цвета. Мне покупали книжки сказок с его иллюстрациями и я могла целыми днями рассматривать замечательные картинки. Когда-то собрала целую коллекцию книг с его картинками. Что-то, сохранилось до сих пор. И постоянно ищу в интернете все новые работы этого замечательного художника. Просто зависаю на них. Как всегда понимала, что любому мастеру задают тон в работе его инструменты. то чем делается, а у художников, еще и то, на чем делается рисунок или картина. Возможно, для Конашевича источником вдохновения служила китайская бумага на которой невозможно рисовать что-то примитивное. А, может, и наоборот, именно китайская рисовая бумага смогла воспринять и передать всю чудность прихотливых линий и мазков Конашевича.
Вообще художник умел и потрясающе творил во всех живописных направлениях, но его декоративно-изысканные илюстрации к некоторым книгам просто невозможно, как, завораживают. Они, в отличие от много всего другого, неповторимы и уникальны.
А, может, волшебство своих картин Вл.Мих. получил от каких-то артефактов, которые увидел в музее Павловска, куда приехал работать после окончания в 193м году, Московского Училища Живописи, Ваяния и Зодчества. Ведь именно после Павловского музея, он полность переключился на графику.
Сомое интересное. что китайская живопись чем-то неуловимым очень схожа с немногими артефактами, фрагментарными, русской росписи до 10го века, которые я видела в запаснике Исторического музея очень давно, где-то в конце 70х.
Стиль Вл.Мих.Конашевича чем-то мне всегда напоминал и то и другое.



























1888, 20 мая
Родился в Новочеркасске, в семье служащего. Вскоре семья переехала в Москву, где прошло раннее детство художника.

1897 — 1908
Живет в Чернигове, учится в Реальном училище, берет уроки живописи.

1908 — 1914
Учится в Московском училище живописи, ваяния и зодчества, работает в мастерской К. А. Коровина и С. В. Малютина. В 1914 г. за «Портрет Е.П. Скрябиной» присвоено звание художника живописи.

1913
Женитьба на Евгении Петровне Скрябиной.

1914
Рождение дочери Ольги.

1915
На выставке картин в Чернигове выставляет несколько живописных работ. Переезжает в Петроград.

1915 — 1917
Принимает участие в декоративной отделке Юсуповского дворца (вместе с художниками С. В. Чехониным и Н. А. Тырсой).

1916 — 1919
Преподает и руководит мастерской в Школе народного искусства (после революции — Техникум кустарных производств).

1918
Изданы первые детские книги с иллюстрациями Конашевича: «Азбука в рисунках» и «Розовая азбука» (издание Р. Голике и А. Вильборг).

1918—1926
Работает помощником хранителя Павловского дворца-музея, составляет путеводитель по Павловску (ГИЗ, 1927).

1919
Исполняет шрифтовые композиции для памятника «Жертвам революции» на Марсовом поле в Петрограде (архитектор Л. В. Руднев, автор текста надписей А. В. Луначарский).
Руководит художественной мастерской Музея города в Петрограде.
Оформляет издания «Народной библиотеки» Литературно-издательского отдела Наркомнроса (И. С. Тургенев «Бежин луг» и Н. В. Гоголь «Женитьба».
Иллюстрирует первый советский детский журнал «Северное сияние», выходивший под редакцией М. Горького.
Переезжает в Павловск.

1921
Иллюстрирует повесть И. С. Тургенева «Первая любовь» (изд-во 3. И. Гржебина, 1923) и сборник А. А. Фета «Стихотворения» («Аквилон», 1922).
Первая персональная выставка в Доме искусств (Петроград). Представлена книжная графика за период 1918 по 1921 год.
Оформляет журнал «Среди коллекционеров».

1921 — 1925
Исполняет серию цветных литографий «Павловский парк» (отмечены почетным дипломом на Международной выставке декоративных искусств в Монца-Милане 1927 г.).

1921 — 1930
Преподает в Академии художеств рисунок, руководит литографской мастерской.

1922
Первое выступление за рубежом (Международная книжная выставка во Флоренции).

1922 — 1924
По приглашению А. Н. Бенуа участвует на выставках «Мира искусства» в Петрограде, в 1922 г. избран в члены этого общества.

1920-е годы
Иллюстрирует для издательства 3. И. Гржебина: «Начатки знаний», «Синяя птица», «Радуга»; ГИЗа — детские книги: «Мальчик с пальчик» Ш. Перро, «Конек-горбунок» П. Ершова, «Пожар», «Петрушка-иностранец» и «Вот какой рассеянный» С. Маршака, «Муркина книга», «Мухина свадьба» и «Барабек» К. Чуковского, «Игра» и «Миллион» Д. Хармса, «Нос» Е. Шварца и многие другие.
Сотрудничает в детском журнале «Новый Робинзон».

1925 — 1927
Участвует на выставках Общины художников и группы художников «Шестнадцать» в Ленинграде.

1926—1927
Исполняет серии станковых литографий и рисунков: «Павловская шпана», «Улица», «Мелкие рассказы», «К 10-й годовщине Октября». Экспонировались на юбилейных выставках в Москве: «Гравюра в СССР за 10 лет», «Русский рисунок за десять лет Октябрьской революции» на «Выставке художественных произведений к десятилетнему юбилею Октябрьской революции» и др. Приобретены Третьяковской галереей и Русским музеем.

1926 — 1930
Работает в технике гравюры на дереве, исполняет ряд станковых и книжных гравюр, среди них иллюстрации к книгам «Повесть о том, как поссорились Иван Иванович с Иваном Никифоровичем» Н. Гоголя, «Сказки» А. С. Пушкина, «Степь» А. Чехова и др.

1927
Участвует на Международной выставке книжного искусства в Лейпциге и на Всесоюзной полиграфической выставке в Москве (присуждены три диплома первой степени).

1929 — 1933
Иллюстрирует для Издательства писателей в Ленинграде, ГИХЛа и «Academia» книги: «Избранные сочинения» А. П. Чехова, «Сирень цветет» Мих. Зощенко, «Стихотворения» Гейне, «Голубая жизнь» М. Горького, «Виринея» Л. Сейфуллиной, «Города и годы» Конст. Федина, «Повесть» Б. Пастернака и др

1930
Персональная выставка работ в Институте книговедения (Ленинград). Представлена книжная графика за период с 1921 по 1930 год.

1931
Исполняет литографии к повести аббата Прево «Манон Леско» для издательства «Academia» (на Всемирной выставке 1937 года в Париже отмечены Золотой медалью).

1932
Вступает в члены Ленинградского отделения Союза советских художников (ЛОССХ).

1932 — 1933
Участвует на выставке «Художники РСФСР за 15 лет» (Ленинград — Москва).

1933
Начинает работать в технике туши и акварели на китайской бумаге (пейзажи, натюрморты, портреты).

1934
Персональная выставка в Союзе художников (Ленинград). Представлены работы за 1933 — 1934 годы.

1935
Пишет автомонографию «Сам о себе», одна глава опубликована в журнале «Литературный современник» (1937, № 5).

1936
Участвует на выставке «Советская иллюстрация к художественной литературе за 5 лет» (Москва — Ленинград).

1930-е годы
Иллюстрирует для издательств «Молодая гвардия», «Academia», Детиздат детские книги: «Сказка о военной тайне» А. Гайдара, «Сказки» К. Чуковского, «В гости» Л. Квитко, «Сказки» Г.-Х. Андерсена, «Басни» И. Крылова, «Три толстяка» Ю. Олеши, «Побежденный Карабас» Е. Данько и многие другие.
Сотрудничает в детских журналах «Еж», «Чиж», «Костер».

1939
Персональная выставка в Союзе художников, затем — во Всероссийской Академии художеств (Ленинград). Представлено более 250 работ за период с 1921 по 1938 год (живопись, акварели и рисунки, книжная графика, литографии).

1941
В начале войны переезжает из Павловска в Ленинград.

1941 — 1943
Пишет «Воспоминания» (опубликованы в журнале «Новый мир», 1965, № 9-10).

1943
Персональная выставка в Союзе художников (Ленинград). Представлено около 300 работ за период с 1921 по 1943 год (книжная графика, наброски из альбома, акварели и рисунки).

1943 — 1944
Работает над оформлением Военно-медицинского музея в Ленинграде, исполняет рисунки для «Атласа переливания крови», пишет портреты военнослужащих Ленинградского фронта.
Иллюстрирует для ленинградского отделения Гослитиздата сказки Г.-Х. Андерсена, С. Маршака, К. Чуковского.
Сотрудничает в журналах «Костер» и «Мурзилка».

1944 — 1945
Выставка произведений В. М. Конашевича, В. В. Пакулина, А. Ф. Пахомова, К. И. Рудакова, А. А. Стрекавина (Ленинград, Русский музей; Москва, Товарищество художников). Представлено более 100 работ Конашевича за период с 1921 по 1944 год (акварели и рисунки, наброски из альбома, книжная графика).

1944 — 1948
Руководит графической мастерской Академии художеств в Ленинграде.

1945
Во Всероссийской Академии художеств защищает диссертацию на соискание ученой степени доктора искусствоведческих наук.
Присвоено звание заслуженного деятеля искусств РСФСР.

1946
Принимает участие в восстановлении Русского музея, публикует статью «Возрожденный музей» («Ленинградская правда», 1946, 22 дек.).

1947
Персональная выставка-просмотр работ в Доме ученых (Ленинград).

1953
Пишет статью «О сказке» (публикуется в настоящем издании).

1955
На художественном совете Детгиза в Ленинграде выступает с докладом «Обложка детской книги» (опубликован в сборнике «Искусство книги», вып. 2-й, М., 1961).

1956
На Всесоюзной выставке книги, графики, плаката в Москве присужден диплом первой степени за иллюстрации к книге английских детских песенок «Плывет, плывет кораблик» в пересказе С. Маршака (М., Детгиз, 1956).

1956 — 1963
Член редколлегии журнала «Костер» и альманаха для дошкольников «Звездочка».

1957
Персональная выставка в Доме писателей (Ленинград). Представлено около 40 станковых рисунков тушью и акварелей 1930 — 1950-х годов.

1958
Персональная выставка в Русском музее (Ленинград). Представлены работы за'период с 1919 по 1958 год, среди них более 120 станковых рисунков и акварелей, более 150 литографий и гравюр, более 600 работ — книжная графика.

1958 — 1963
Детские книги с иллюстрациями В. М. Конашевича: «Дедушка Рох» (1958), В. И. Даль «Старик-Годовик» (1959), К. Чуковский «Муха-Цокотуха» (1960) и «Сказки» (1961), А. С. Пушкин «Сказки» (1963) отмечены дипломами Всесоюзных конкурсов на лучшие по художественному оформлению и полиграфическому исполнению издания.

1959
На Международной выставке искусства книги социалистических стран в Лейпциге присуждена Серебряная медаль за иллюстрации к детским книгам «Плывет, плывет кораблик» и «Сказки старого Сюня».

1959 — 1961
Участвует на выставках советской детской книги в Англии, Японии, США.

1960
За иллюстрации к детским книгам присужден диплом почета Выставки достижений народного хозяйства СССР.
Иллюстрации к сборнику эфиопских сказок «Приходи, сказка» (Л., Детгиз, 1958) переизданы французским издательством «Farandole».
Пишет статью о своей работе в детской книге «Длинный ряд исканий и сомнений...» (публикуется в настоящем издании).

1961
Принимает участие в дискуссии по вопросам книжной графики на страницах журнала «Творчество» («Реплика на статью А. Д. Гончарова». «Творчество», 1961, № 1).

1961 — 1962
Иллюстрирует «Сказки» А. С. Пушкина (М., Детгиз, 1963).

1962
Персональная выставка в Центральном доме работников искусств, (Москва). Представлено более 200 работ за период с 1921 по 1962 год (акварели и рисунки, книжная графика, литографии и гравюры).

1963, 27 февраля
Умер в Ленинграде.

Источник: В.М. КОНАШЕВИЧ «О СЕБЕ И СВОЁМ ДЕЛЕ» (ВОСПОМИНАНИЯ, СТАТЬИ, ПИСЬМА С ПРИЛОЖЕНИЕМ ВОСПОМИНАНИЙ О ХУДОЖНИКЕ), СОСТ. Ю. МОЛОК, М.: «ДЕТСКАЯ ЛИТЕРАТУРА», 1968, СТР. 480-490
------------------------------------------
http://www.liveinternet.ru/journalshowcomments.php?jpostid=228790490&journalid=3888678&go=next&categ=1 (много иллюстраций к Золушке)

http://aktinoya.ru/index.php?option=com_content&view=article&id=183:2012-01-14-14-27-30&catid=75:2012-01-14-12-18-05&Itemid=195 (много илюстраций, самых неожиданных и замечательных)