Category: образование

Category was added automatically. Read all entries about "образование".

(no subject)

Совсем уж не поняла коллективный плач вагановских Ярославен о некомпетентности Николая Цискаридзе, супротив высочайшей профессиональности и компетентности, так ими любимой В.А.Дорофеевой.
Решила поискать биографию Веры Алексеевны, чтоб убедиться в ее высочайшей балетной профессиональности. Нашла..... и призадумалась.
Биография Веры Алексеевны Дорофеевой, которую на ее посту ректор Академии Русского балета имени А. Я. Вагановой, сменил такой одиозный Николай Максимович Цискаридзе, оказалась очень даже занятной. Ну, про Цискаридзе мы все знаем, что он звезда и русского и мирового балета, как бы это ни было противно упомянутым ярославнам из Вагановки.
Итак, биография Веры Алексеевны Дорофеевой, кандидата социологических наук:

"Окончила Ленинградский государственный педагогический институт им. А.И. Герцена. Более 20 лет работает на руководящих должностях в области культуры и искусства. С 1987 года В. А. Дорофеева – заместитель директора (затем – проректор) Ленинградского академического хореографического училища имени А. Я. Вагановой, а с 2004 года – ректор Академии Русского балета имени А. Я. Вагановой. В период свой работы В.А. Дорофеева принимала непосредственное участие в разработке концепции и преобразовании Ленинградского академического хореографического училища имени А.Я.Вагановой в высшее учебное заведение – Академию Русского балета имени А. Я. Вагановой. Благодаря ее деятельности на базе Академии в 1995 году был создан Межгосударственный центр хореографического образования, преобразованный затем в Учебно-методическое объединение высших учебных заведений России по образованию в области хореографического искусства.В. А. Дорофеева один из авторов и организаторов проектов проведения Международных конкурсов артистов балета "Ваганова - PRIX" (1988, 1992, 1995, 1998, 2003 гг.) и ежегодных Международных семинаров "Сохранение и развитие методики А. Я. Вагановой и современный учебный процесс" (начиная с 1989 года). Важным направлением деятельности В. А. Дорофеевой является координация взаимодействия между отечественными и зарубежными балетными школами, хореографическими училищами стран бывшего СНГ и Академией Русского бале¬та имени А.Я.Вагановой. В. А. Дорофеева занималась проблемами организации стажировок иностранных студентов в Академии. Под руководством В.А. Дорофеевой разработана авторская программа интенсивного курса обучения русскому языку иностранных студентов Академии с использованием современных педагогических технологий. В. А. Дорофеева организатор творческих и художественных обменов студентов Академии с балетными школами Германии (1988, 1989 гг.). Франции (1989 г.). Нидерландах (1989 г.), США (1990 г.). Ирландии (1991 г.). Греции (1992 г.). Японии (1992 г.. 1994. 1998. 2004 гг.), Италии (1995, 2004 гг.). Научные интересы: история просветительской деятельности и меценатства, проблемы организационно-управленческой деятельности и менеджмента качества в системе хореографического образования, педагогические аспекты подготовки иностранных студентов в условиях балетного вуза. Под руководством В.А. Дорофеевой была разработана стратегическая Концепция развития Академии Русского балета имени А.Я.Вагановой на период до 2015 года, развернута научная работа, Академия получила статус «нетипового учебного заведения для лиц и подростков, имеющих выдающиеся способности». В.А. Дорофеева – автор 15 научных и научно-методических работ, включая монографию «Просветительская деятельность и меценатство на современном этапе социально-экономического развития России» (СПб., 2004). "

http://www.vaganova.ru/page.php?id=142&pid=19

Ну, и где она, тут, балетный спец, спрошу я вас? Чистой воды, эффективный менеджер широкого профиля.


Ну, и должна сознаться, что конечно, вполне поняла причину стенаний вагановских дам, в связи с приходом Цискаридзе. Как и везде, здесь крепкие устоявшиеся связи с руководством и получение своих кусочков от грантов, распределяемые лично руководством. Я думаю, что это и было заводным механизмом и к трагическому хору, перед лицом Мединского, и к сегодняшней мельтешне с подписями под открытым письмом-петицией против Цискаридзе. Из этой петиции стало ясным, что вагановцам не нужен творческий человек, а нужен, исключительно, хозяйственник, занятый чем угодно, кроме одного - подготовки будущих звезд. Ибо, звезд вагановка не выпускала уже давно. В отличие, от методичек, которых, в последнее время, из стен вагановки, вышло море.

Очень надеюсь, что упомянутую петицию все же не подписали уважаемые люди, ибо художники художников всегда поймут. Как понял и порадовался этому назначению Борис Эйфман.

http://www.itar-tass.com/c17/933436.html

Борис Эйфман надеется, что приход Цискаридзе в Академию имени Вагановой решит проблему кадрового "голода"
МОСКВА, 30 октября. /Корр.ИТАР-ТАСС Наталья Баринова/. Художественный руководитель Санкт-Петербургского государственного академического Театра балета Борис Эйфман надеется, что назначение Николая Цискаридзе исполняющим обязанности ректора Академии русского балета имени Вагановой даст новый импульс ее развитию. Об этом знаменитый хореограф сказал сегодня в интервью корр.ИТАР- ТАСС.

"Прежде всего я хочу заметить, что сейчас существует серьезная проблема с хореографическим образованием, - констатировал Эйфман. - Театры Москвы и Санкт-Петербурга, даже очень крупные, испытывают колоссальный кадровый голод, артистов не хватает. Эта проблема назрела давно, и ее необходимо решать".

"Лучшие в своем деле - это Вагановка и Московская государственная академия хореографии, с ними связаны главные надежды", - отметил балетмейстер.

Эйфман добавил, что назначение Николая Цискаридзе - "ответ на давно назревшие проблемы". "Я, как директор театра, который также испытывает кадровый "голод", очень бы хотел, чтобы с приходом Цискаридзе эта проблема разрешилась, чтобы он попытался активизировать деятельность Академии по качеству выпускников".

"От души желаю ему успехов, - продолжил хореограф. - Мы все надеемся, что Академия заработает в полную силу, используя весь свой потенциал. А он там колоссальный, это одна из ведущих академий мира. Успех Николая на посту ректора станет успехом и для всех нас".

Бывший премьер Большого театра России, народный артист России Николай Цискаридзе стал исполняющим обязанности ректора Академии русского балета имени Агриппины Вагановой. В этой должности его представил в минувший понедельник в Санкт-Петербурге министр культуры РФ Владимир Мединский. В качестве нового художественного руководителя Академии представлена прима-балерина Мариинского театра народная артистка России Ульяна Лопаткина.

Жизнь несправедлива – привыкайте. Правила Билла Гейтса

Не учат в школе: 11 правил Билла Гейтса

Жизнь несправедлива – привыкайте.


Недавно в одной из школ Билл Гейтс говорил об 11 вещах, которым не учат в школе. Главная мысль миллиардера заключалась в том, что воспитание в духе политкорректности создало поколение детей, которые оторваны от реальности и в будущем не смогут выжить в суровом мире.

Правило 1: Жизнь несправедлива – привыкайте.

Правило 2: Общество совершенно не волнует Ваша САМООЦЕНКА. От вас ждут ДОСТИЖЕНИЙ прежде всего.

Правило 3: Вы НЕ БУДЕТЕ зарабатывать $60,000 в год сразу по окончании школы. Вы не станете вице-президентом с личным водителем, пока вы не заработаете на то и другое.

Правило 4: Если вы думаете, что учитель слишком суров по отношению к вам, - это еще цветочки. Подождите, пока у вас появится босс.

Правило 5: Жарить гамбургеры - ниже вашего достоинства? Ваши дедушки и бабушки считали совсем по-другому. Для них жарить гамбургеры было возможностью зацепиться в этой жизни.

Правило 6: Если у вас что-то не вышло, это не вина ваших родителей, так что не надо хныкать, УЧИТЕСЬ на своих ошибках.

Правило 7: Родители не всегда были такие скучные, как вам сейчас кажется. Может быть, постоянная забота о вас сделала их такими? Они вас кормят, одевают, постоянно слушают, какие вы замечательные. Так что прежде чем критиковать поколение своих родителей, начните с себя.

Правило 8: Быть может в вашей школе некорректно открыто называть неудачника неудачником. А может, в вашей школе их вообще не осталось - но только не в жизни. В некоторых школах уже невозможно остаться на второй год, потому что вам дается СТОЛЬКО попыток СДАТЬ экзамены, сколько необходимо для перевода в другой класс. В жизни все СОВСЕМ по-другому.

Правило 9: Жизнь не делится на семестры. У вас не будет летних каникул, и ваш работодатель не будет помогать вам НАЙТИ СЕБЯ. Вам придется делать это самим в свое свободное время.

Правило 10: В телевизоре не показывают НАСТОЯЩУЮ жизнь. В реальной жизни не получится весь день сидеть в кафе и болтать с друзьями.

Правило 11: Поласковее с «ботаниками». Один из них может оказаться вашим боссом после окончания школы.
http://bishelp.ru/rich/anatomia/ne_u4at_v_shkole.php


Правила хороши, но комментарии после них- это ж вообще полет мысли.

Нападение геометров на Чебоксары.

Очередная глава Российской истории, после изысканий, и в исполнении уважаемого юзера gilliland(а). И не забудем, что речь идет о просветителе. Чтоже творилось на Руси и в России, если уйти от официальной карамельной российской истории. Какие дебри и омуты еще откроются прилежным искателям.

Оригинал взят у gilliland в Нападение геометров на Чебоксары.
Немногое так ожесточает сердца людей просвещенных, как провинциальное болото. Человек, умеющих считать до тысячи, невольно сжимает кулаки при виде уездных харь. И если уж будет дадена силой неба просвещенному человеку власть над косными силамы тьмы, над мерзким жлобыдлом,  то он уж так расстарается, так распотешится, что говорящие от ужаса по немецки  вороны ещё долго будут кружить над обгорелыми срубами.

Однажды в 1760 году директор Казанской гимназии Верёвкин был командирован в город Чебоксары для снятия с этого города плана, с обозначением улиц, площадей и домов. Директор Верёвкин  взял с собой нескольких учащихся гимназистов и прибыл в Чебоксары  вскорости. Друг Ломоносова медлить не любил. Ещё он не любил полумер. Что это значит "снять план города"?  Что за ерунда?!

Директор Верёвкин  велел сковать железную раму шириной в восемь саженей. К раме приклепали цепи. Чебоксарцы притихли.

Затем директор Верёвкин запряг в раму своих учеников. Чебоксарцы сняли со стен иконы и попрощались друг с другом.

Потом просветитель Верёвкин (находившийся к тому времени под следствием за избиение преподавателей гимназии Лейбе и Ванмеерена) сел на раму и повелел своим ученикам тащить её по улицам.  Там, где рама шириной в восемь сажень (а такова была уставная  ширина уездных улиц империи) не проходила,  ученики Верёвкина делали отметки в спецжурнале, а на стене мешающего раме дома появлялась красная надпись "ломать немедля".  За рамой шли нанятые рабочие люди с кувалдами и плотницкими принадлежностями.

К третьему дню "составления плана города" учащиеся гимназии уже не могли утром встать от усталости.  А ведь столько было ещё не сделано, столько косности ещё таилось по тёмным чебоксарским углам!  Директор гимназии Верёвкин кинулся на берег великой русской реки Волги и взял на абордаж несколько судов, команды которых запряг в спешно изготовленные геометрические рамы.

Город  Чебоксары геометры брали с трёх сторон.  Ударное северное направление Верёвкин взял на себя, а западное поручил своему ученику-любимцу. При свете смоляных факелов и ночных созвездий работа геометров шла мерной поступью научных бурлаков. Чебоксарцы перебегали от одного конца города в другой, ища хоть какой-то лазейки, но везде встречали наряжённые лица учёных.

Во время ночных геометрических занятий Веревкин со своим лучшим учеником сидели на колокольне и составляли дальнейший план благоустройства Чебоксар.  Почему ночью? Потому, что ночью можно поджигать специальные костры по углам предполагаемых кварталов и Верёвкину было удобно. 

Потом любимый ученик Верёвкина решил закрыть кожевенные чебоксарские заводы. И здесь мы сталкиваемся с первым в истории России случаем сотрудничества геометров и экологов.  По мнению участников экспедиции, чебоксарские кожевенные заводы создавали вонь, несовместимую с работой по составлению плана города. Трудно рисовать будущее, когда тебя выворачивает наизнанку. Верёвкин опечатал заводы. Кожи в июльскую жару на заводах начала гнить. Запах усилился до того, что даже привычные чебоксарцы стали ходить с мокрыми мешками на головах, натыкаясь  на  геометров (тоже в мешках) , бороздящих просторы города будущего, сносящих углы и строения целиком.  По ночам с колокольни раздавались приказы директора Верёвкина, перекрываемые обречённым глухим набатом. Чебоксарские промышленники тайно решили вывезти вонючие кожи и сплавить их по Волге, чтоб как-то избежать разорения и самосуда. Не успели подводы выехать на пристань, как из будки выбежала предусмотритеная верёвкинская засада. Промышленников начали вязать с поличным. Особенно в аресте капиталистов отличился любимый верёвкинский ученик-геометр  Гаврила. Известный нам более как Гавриил Романович Державин. Пиит и предтеча.

Когда работа по составлению плана города Чебоксары была завершена,  по казанскому тракту потянулся сытый обоз. Три телеги обоза везли план города Чебоксары,  "придавленный каким-то подручным гнётом из связанных арестованных". Впереди обоза верхом ехали довольные геометры.

Верёвкин и Державин дружили до последних дней учителя. Были в переписке, много вспоминали. Верёвкин, например, писал  своему ученику Гавриилу Романовичу: " Я ваш старичок, так разуметь себя имею право, по душевному преклонению к вам, с самого вашего детства".

Я слишком поздно родился.

Исповедь учителя: что творится в школах США

За 30-летнюю карьеру педагог Джон Оуэнс успел побывать более чем в сотне стран, встретиться с несколькими главами государств, однако нью-йоркским Департаментом образования преподаватель был признан "непрофессиональным" и "культурно нечутким". Учитель рассказывает, что происходит на уроках, где учатся дети разных религий и цвета кожи.

До поры до времени Оуэнс не понимал, в какой системе работает: в сфере образования все педагоги по умолчанию считаются плохими, пока они сами не докажут обратное. Казалось бы, за 30 лет у Джона была масса возможностей доказать свою "хорошесть", но с чиновниками спорить сложно.

"Я мог бы расшибиться в лепешку, объясняя детям правила правописания и следя за тем, чтобы они не копались в телефоне на уроках. Вместо этого я задал написать им мини-эссе на 80 слов на тему "Отказался ли бы я на год от мобильника за 500 долларов". К концу урока все — даже те, кто никогда ничего не делал как в школе, так и дома, — сдали мне свои листочки. В британских школах введут "уроки сна"


Когда я зачитывал эти сочинения вслух, класс то ревел от смеха, то стихал, то бурно возмущался. Это было почти волшебством. И ради такого я мог закрыть глаза на пропущенную запятую", — вспоминает Оуэнс один из своих последних уроков.


"Я — пожилой белый парень из пригорода, но ленивым меня не назовешь. Так же, как и сумасшедшим. Я хорошо лажу с детьми и люблю литературу. Но, исходя из моего опыта, над системой оценки знаний учеников мудрят так, что родители и налогоплательщики и представить себе не могут. Если мэр Блумберг и его команда намерены избавиться от плохих учителей, могу сказать, что как минимум по одному пункту они преуспели: они избавились от меня. Вот мой опыт работы в нью-йоркской школе.

Поиски работы

— Вы пришли на собеседование насчет вакансии учителя? — спрашивает меня невысокий мужчина лет сорока с индийским акцентом.

— Да, — охотно ответил я. — Я — учитель английского языка.

— Бегите! — заявил мужчина, присев рядом со мной. — Правда, бегите! Директриса поставит вам "U", она всем ставит "U"! Я уже 22 года работаю в этой системе и никогда не видел ничего подобного!

Всего несколько дней назад этот учитель получил кулаком в лицо от одного из учеников летней школы. Тем не менее, самым важным, о чем он счел нужным предупредит меня, оказались принципы директрисы.

Несмотря на то, что пресса представляет учительский коллектив властным союзом, основная власть сосредоточена в руках тех, кто может влепить тебе "U" — unsatisfactory, "неуд", — за твою работу. Для нового учителя эта оценка означает профессиональную смерть. Это значит, что ты уже не в системе.

Сидя в ожидании собеседования в приемной директора Latinate Institute (такое выдуманное название я дам для удобства этой школе), я пытался представить себе то, что меня ждет. Я повидал уже достаточно абсурдных и несправедливых вещей. Поэтому только улыбнулся в ответ своему собеседнику.

До этого я разослал свое резюме по десяткам школ. Несмотря на то, что Департамент образования располагает собственной базой учителей, решающее слово все равно остается за директором школы. Идея состоит в том, чтобы дать возможность директору самому подобрать штат учителей со всей тщательностью, чтобы педагоги соответствовали "тону" и миссии школы.

Latinate было особенным учебным заведением: туда принимали детей, которых другие школы не взяли бы — цветных и буйных. Судя же по тому, с чем я столкнулся, к найму преподавателей подходили так же, как к выбору поденщика для озеленительных работ.

В один прекрасный августовский день мне позвонили из Latinate, пригласили на собеседование и предложили провести пробный урок, темой которого я выбрал известную книгу "Дневника Анны Франк". Я начал урок так: "Представьте, что вам нужно скрываться. Вы не знаете, как долго не сможете вернуться домой. Нужно взять с собой то, что вы сможете унести в рюкзаке и не забыть о еде. Что вы возьмете?".

— Я возьму свой телефон, — говорит один ученик, похлопывая себя по карману, откуда выглядывает BlackBerry.

— Хорошо, — говорю я, — но ты скрываешься. По телефону твое местонахождение быстро вычислят.

— Я бы взял фонарь и веревку, — говорит другой.

— Я бы взял чипсы, — подает голос третий.

— Нужно позаботиться о еде, — возражаю я.

— Я все равно возьму их.

— Я бы взяла тени для глаз и тушь.

Семья Франк не могла смывать воду в туалете, чтобы не обнаружить свое убежище, рассказал я ученикам. Когда один из них попросился в туалет, я заявил ему, что он не выйдет — так же, как не могла выйти и Анна Франк. Узнав об этом инциденте, помощник директора школы сказал мне, что я могу считать себя принятым в штат. "Полагаю, вы знаете свой предмет, — заметил он. — В нашей школе очень важно хорошее классное руководство. Вы с этим справляетесь". И я подписал десятимесячный контракт на 46,5 тысячи долларов.

Если ученики, с которыми я только что общался, знали, что будет дальше, то я не имел об этом ни малейшего представления. Латиноамериканцы, афроамериканцы и эмигранты из Африки, казалось, не были настроены враждебно — я думал, что им просто скучно учиться. И я, как и каждый новый преподаватель, считал, что от меня потребуются только энергия, хорошие идеи и демонстрация того, что жизнь и литература связаны друг с другом.

Школьные будни

— Какого хрена, мистер? — рычит моя ученица. — Что вы туда пялитесь?

— Убери телефон подальше, Наташа, — говорю я холодно.

Наташа положила свой телефон между ног. Она утверждает, что я смотрел именно туда, а не на мобильник.

— Вы извращенец, мистер.


Класс смеется.

Наташа, самая взросло выглядящая десятиклассница из всех, кто мне встречался, хорошо научилась выражать гнев и отвращение. Она и еще три девушки все никак не могут сдать английский и проходят курс по второму, а некоторые — и по третьему разу. Похоже, они могут пойти еще на один круг. Я оставил их после уроков и рассказал директору об их поведении. Я также пообщался с их родителями.

Мистер Рашид, жилистый африканский эмигрант, пришел ко мне в школу прямо в запыленной рабочей одежде. Его дочь входила в тот самый проблемный квартет. Все, что он мог мне сказать — я, мол, обо всем знаю. Но просто не представляю себе, что делать.

Мой куратор в Департаменте образования посоветовал мне рассадить девушек. На следующий же день я так и сделал. Через несколько секунд класс превратился в марокканский базар, и тут зашла госпожа П. — основательница школы. День спустя она вызвала меня в свой кабинет и сразу же заявила: "Что это вы пытались изобразить? Пересадить весь класс?". Я изложил ей суть проблемы, но она только махнула рукой: "Вам нужно просто пообедать вместе с девочками. Вы должны показать им, что вам на них не наплевать".

Большие надежды

Мое знакомство с госпожой П. состоялось сразу же после того, как я был принят на работу. Собрание учителей проходило в отеле в пригороде Нью-Джерси. Хотя финансирование нашей встречи лежало на плечах налогоплательщиков, госпожа П. сделала все, чтобы убедиться: мы отработаем каждую крошку и каждую ниточку в постельном белье отеля бесконечными презентациями, дискуссиями и муштрой. Главное — дисциплина и классное руководство.

Подавайте все в позитивном ключе, сказали нам. Не говорите "нет". Если ученики бегают по коридорам, нельзя говорить "Не бегай" — нужно "Пожалуйста, иди спокойно".

Кроме того, учителя должны решать все проблемы с дисциплиной, будь то общение с родителями или обед с провинившимися учениками. "Я проработал в Южном Бронксе 24 с половиной года, — сказал мне учитель английского, работавший в Latinate последние несколько месяцев. — И еще нигде я не видел такого. Со школьниками, которые не хотят учиться, мы ничего не можем поделать".

Очевидно, Наташа была как раз из них. Вскоре госпожа П. дала мне восьмой класс вместо десятого.

Восьмой бунтует

Несмотря на то, что восьмиклашки младше, справиться с ними ничуть не легче, чем с десятиклассниками. Одна из самых старших, подлых и безбашенных учениц — 16-летняя Африка, входящая в ту же "группировку", что и Наташа. В середине урока Африка встала со своего места, подошла к своему шкафчику и открыла его.

— Пожалуйста, закрой шкафчик и сядь на место, — говорю я. Африка меня игнорирует.

— Пожалуйста, закрой шкафчик и сядь на место, — повторяю я, идя к ней. Она поворачивается и рычит:

-Назад, мистер, назад! — она явно хочет войны. Класс затаил дыхание, все вперились взглядом в меня.

— Назад? — спрашиваю я. — А кто написал песню эту песню — Back it up? — и продолжаю: — You're a big fine woman, when you back that thang up. Call me Big Daddy when you back that thang up.

Класс смеется. Все вместе начинают напевать хит 1999 года группы Juvenile:

Girl you workin with some ass yeah,

you bad yeah

Make a player spend his cash yeah …

Минуту спустя Африка уже сидит на своем месте и орет на остальных: "Заткнитесь! Он не может вести урок!". С тех пор каждый раз, когда она говорит это, я замечаю классу: "Вот почему я люблю эту женщину". Правда, через несколько недель Африка перестала ходить в школу. Я так и не узнал, что с ней стало.

С остальными учениками мне было ничуть не проще. Я так и не смог заставить их положить на место телефоны и создать хотя вы видимость порядка. Я пересаживал их, рассаживал и отсаживал, но с этими неконтролируемыми детьми я справиться не мог. Иногда, впрочем, их родители представляли собой куда большую проблему, чем сами восьмиклассники.

"Пожалуйста, подпишите оригинал и возьмите себе копию", — заявил мне в одной утро завуч, протягивая письмо от госпожи П. Речь в нем шла о встрече учителей с родителями школьников. На собрании я подчеркнул, как важно школьникам соблюдать на уроках тишину и вести себя прилично, приведя в пример один класс в хорошей школе, где учились дети обеспеченных родителей. Те ученики приходили и сразу же сосредотачивались на учебе, так что в итоге они получали больше знаний — мне не приходилось терять время на то, чтобы их успокоить. "Пожалуйста, объясните своим детям, как важно хорошо вести себя в классе", — сказал я напоследок.

Уважаемый мистер Оуэнс

"Уважаемый мистер Оуэнс! Этим письмом мы констатируем вашу неспособность продемонстрировать культурную чуткость. Одна из мам, в частности, пожаловалась на ваши замечания относительно нечувствительности наших учеников по сравнению с учениками из Чаппакуа, уловив в ваших словах расовый подтекст — то есть то, что наши учащиеся (преимущественно афроамериканцы и латиноамериканцы) не так хорошо успевают, как белые школьники. Родители почувствовали себя оскорбленными из-за вашего замечания".

Неважно, что я нигде не упомянул о расе и о Чаппакуа, где я вообще не был — я был официально признан плохим учителем. "Контролируемый хаос неприемлем, — заявил мне завуч. — Вы должны управлять классом силой своего авторитета". Ну конечно же — именно силой своего авторитета.

На следующий день я предупредил своих восьмиклассников, что, если они не успокоятся, я оставлю их после уроков. Это не подействовало. Я снова предупредил их. И снова. В конце учебного дня я встал у двери. "Никто не уходит, — сказал я. — Все остаются здесь еще на десять минут".

Прошло восемь с половиной минут, когда в класс влетела госпожа П. "Что здесь происходит?", — завопила она. Ее длинные тонкие брови поднялись так высоко, что стали похожи на лыжные трамплины. Дети наперебой кинулись объяснять ей, в чем дело. Я вышел за рамки с силой своего авторитета. И появление госпожи П. заставило меня выглядеть довольно глупо.

Госпожа П. пришла к выводу, что меня нельзя оставлять с детьми одного и описала случившееся полиции и Департаменту образования как "применение телесных наказаний". Как правило, под этим подразумеваются побои или другое физическое насилие. Госпожа П. же заявила, что не смогла найти других слов, чтобы охарактеризовать мое поведение. Состоялось дисциплинарное слушание, которое я "проиграл". Впрочем, как заметил мой представитель в Объединенной федерации учителей, это не самый страшный термин. В моем личном деле, например, стараниями госпожи П. появились такие эпитеты, как "опасный", "подозрительный", "забаррикадировавшийся" и "бунтующий".

Специальное образование

Тогда я еще не знал, что взял совершенно неверный курс с тем восьмым классом. "О, вы не можете держать их под стражей, — пояснил мне педагог, специализирующийся на "специальном преподавании". — На протяжении многих лет этот класс наказывают, и они это ненавидят. Такая тактика работает с остальными восьмыми классами, но только не с этим".

Еще одна вещь, которой я не знал — это то, что многие из этого проблемного класса находились на специальном образовании. Возможно, они страдали от дефицита внимания, дислексии или каких-либо поведенческих проблем. Как минимум семь детей из этого класса относились к категории учеников, требующих особого подхода.

В теории эта классификация могла бы быть благословением. Ребенок получает персональное внимание от специально подготовленных учителей и необходимую помощь для того, чтобы догнать своих сверстников, а то и превзойти их. Я получил в напарники такого учителя лишь полгода спустя после того, как устроился в Latinate. Впрочем, две трети времени, отведенного на уроки, она все равно не могла заниматься своими прямыми обязанностями.

Сиа, большой, улыбающийся, милый медведь, отчаянно нуждался в особом внимании. Он говорил, хлопал и даже затевал в классе борьбу. "Я не знаю, что делать", — стонала его мать каждый раз, как я звонил. А я тем более этого не знал.

Атака бумаг-убийц

Шли месяцы, мое личное дело все прирастало новыми бумагами, документирующими мой провал в попытке сталь менее плохим учителем. Я был поражен количеством документов. Вместо того, чтобы проверять домашние задания, я составлял бесконечные отчеты, справки и таблицы. В моей практике работы в крупных корпорациях я имел дело с большим объемом данных, но еще не сталкивался с такой системой, как школьная, где все усилия были направлены только на одно: прикрыть свою задницу.

Я уже не питал никаких надежд. Без сомнения, я получу "U", а, может, меня даже арестуют, если госпожа П. пролоббирует "телесные наказания". Поэтому, как только мне представился шанс вернуться к издательской работе, я решил уйти.

До свидания

Я не сказал детям, когда я ухожу, но они узнали сами. Мои — уже — девятиклассники написали мне открытки: "Мы с глупышом будем скучать по вам", "Я узнал много нового о том, как писать с чувством и эмоциями", "Пожалуйста, мистер Оуэнс, не уходите! Не заставляйте меня рыдать!".

Эдгар — доминиканец, питающий слабость к объемным прическам и солнечным очкам, прине сделанный на заказ торт с надписью "Спасибо, мистер Оуэнс". Мальчики пожали мне руку, девочки обняли. Кристофер, у которого умер отец, поблагодарил меня за то, что я научил его завязывать галстук. Рикки же так и не понял, как это делается, несмотря на свою сообразительность. "Пожалуйста, покажите мне еще раз", — попросил он. Завязав узел на полоске ткани, я завязал в узел и свои эмоции.

Хороший учитель? Плохой учитель? Смотря что под этим понимать. Насколько я знаю, во всем моем личном деле есть только одна бумажка, где я предстаю не таким уж чудовищем. В своей записке завуч отмечает, что я сделал проходной балл в Latinate "безопасной гаванью".

http://www.yoki.ru/social/society/12-10-2011/399388-teacher-0/

Перевод текста, опубликованного на портале www.salon.com, сделала
Наталья Синица 12.10.2011