Category: театр

Category was added automatically. Read all entries about "театр".

Большой театр в Зазеркалье

247237-Sepik1

Суды, травли, месть разного рода. Громадная фигура Цискаридзе, трагический Дьяченко, роковые балерины, а рядом огромные деньги, традиционный, как говорят, разврат, и снова деньги, деньги. Знаменитые имена, имена на слуху, аааааааааааа!!!!!!!!!!!!!! Так, это не они в Большом, бывшем Большом, Большом ставшем маленьким, но только не по выделяемым грантам. И зачем, зачем туда позвали Филина? Фамилия всегда открывает доступ к нутру, к самой сущности, человека. Филин, он и есть филин. И, трагедии начались из-за него. Он, как золотой ключик открыл доступ к золоту карабасу-барабасу с благообразной внешностью физика. А, уж тот, не потерпит всяких там плясунов, вырывающих деньги из под носа.
В общем, читайте и радуйтесь, какая у нас, нынче, культура, какое правосудие, какие защитники. http://ogurcova-online.com/blog/den-surka/

Кто-то, еще ждет апокалипсис? Так, он уже здесь, с нами. АПОКАЛИПСИС. Крысиная возня в Большом, шумела, пыхтела, собрала вокруг себя толпы глазеющих, интересующихся и сострадающих, и так, под их аккомпанимент, копающиеся, заигрались, что ухитрилась прокопать путь в преисподнюю.

(no subject)

Совсем уж не поняла коллективный плач вагановских Ярославен о некомпетентности Николая Цискаридзе, супротив высочайшей профессиональности и компетентности, так ими любимой В.А.Дорофеевой.
Решила поискать биографию Веры Алексеевны, чтоб убедиться в ее высочайшей балетной профессиональности. Нашла..... и призадумалась.
Биография Веры Алексеевны Дорофеевой, которую на ее посту ректор Академии Русского балета имени А. Я. Вагановой, сменил такой одиозный Николай Максимович Цискаридзе, оказалась очень даже занятной. Ну, про Цискаридзе мы все знаем, что он звезда и русского и мирового балета, как бы это ни было противно упомянутым ярославнам из Вагановки.
Итак, биография Веры Алексеевны Дорофеевой, кандидата социологических наук:

"Окончила Ленинградский государственный педагогический институт им. А.И. Герцена. Более 20 лет работает на руководящих должностях в области культуры и искусства. С 1987 года В. А. Дорофеева – заместитель директора (затем – проректор) Ленинградского академического хореографического училища имени А. Я. Вагановой, а с 2004 года – ректор Академии Русского балета имени А. Я. Вагановой. В период свой работы В.А. Дорофеева принимала непосредственное участие в разработке концепции и преобразовании Ленинградского академического хореографического училища имени А.Я.Вагановой в высшее учебное заведение – Академию Русского балета имени А. Я. Вагановой. Благодаря ее деятельности на базе Академии в 1995 году был создан Межгосударственный центр хореографического образования, преобразованный затем в Учебно-методическое объединение высших учебных заведений России по образованию в области хореографического искусства.В. А. Дорофеева один из авторов и организаторов проектов проведения Международных конкурсов артистов балета "Ваганова - PRIX" (1988, 1992, 1995, 1998, 2003 гг.) и ежегодных Международных семинаров "Сохранение и развитие методики А. Я. Вагановой и современный учебный процесс" (начиная с 1989 года). Важным направлением деятельности В. А. Дорофеевой является координация взаимодействия между отечественными и зарубежными балетными школами, хореографическими училищами стран бывшего СНГ и Академией Русского бале¬та имени А.Я.Вагановой. В. А. Дорофеева занималась проблемами организации стажировок иностранных студентов в Академии. Под руководством В.А. Дорофеевой разработана авторская программа интенсивного курса обучения русскому языку иностранных студентов Академии с использованием современных педагогических технологий. В. А. Дорофеева организатор творческих и художественных обменов студентов Академии с балетными школами Германии (1988, 1989 гг.). Франции (1989 г.). Нидерландах (1989 г.), США (1990 г.). Ирландии (1991 г.). Греции (1992 г.). Японии (1992 г.. 1994. 1998. 2004 гг.), Италии (1995, 2004 гг.). Научные интересы: история просветительской деятельности и меценатства, проблемы организационно-управленческой деятельности и менеджмента качества в системе хореографического образования, педагогические аспекты подготовки иностранных студентов в условиях балетного вуза. Под руководством В.А. Дорофеевой была разработана стратегическая Концепция развития Академии Русского балета имени А.Я.Вагановой на период до 2015 года, развернута научная работа, Академия получила статус «нетипового учебного заведения для лиц и подростков, имеющих выдающиеся способности». В.А. Дорофеева – автор 15 научных и научно-методических работ, включая монографию «Просветительская деятельность и меценатство на современном этапе социально-экономического развития России» (СПб., 2004). "

http://www.vaganova.ru/page.php?id=142&pid=19

Ну, и где она, тут, балетный спец, спрошу я вас? Чистой воды, эффективный менеджер широкого профиля.


Ну, и должна сознаться, что конечно, вполне поняла причину стенаний вагановских дам, в связи с приходом Цискаридзе. Как и везде, здесь крепкие устоявшиеся связи с руководством и получение своих кусочков от грантов, распределяемые лично руководством. Я думаю, что это и было заводным механизмом и к трагическому хору, перед лицом Мединского, и к сегодняшней мельтешне с подписями под открытым письмом-петицией против Цискаридзе. Из этой петиции стало ясным, что вагановцам не нужен творческий человек, а нужен, исключительно, хозяйственник, занятый чем угодно, кроме одного - подготовки будущих звезд. Ибо, звезд вагановка не выпускала уже давно. В отличие, от методичек, которых, в последнее время, из стен вагановки, вышло море.

Очень надеюсь, что упомянутую петицию все же не подписали уважаемые люди, ибо художники художников всегда поймут. Как понял и порадовался этому назначению Борис Эйфман.

http://www.itar-tass.com/c17/933436.html

Борис Эйфман надеется, что приход Цискаридзе в Академию имени Вагановой решит проблему кадрового "голода"
МОСКВА, 30 октября. /Корр.ИТАР-ТАСС Наталья Баринова/. Художественный руководитель Санкт-Петербургского государственного академического Театра балета Борис Эйфман надеется, что назначение Николая Цискаридзе исполняющим обязанности ректора Академии русского балета имени Вагановой даст новый импульс ее развитию. Об этом знаменитый хореограф сказал сегодня в интервью корр.ИТАР- ТАСС.

"Прежде всего я хочу заметить, что сейчас существует серьезная проблема с хореографическим образованием, - констатировал Эйфман. - Театры Москвы и Санкт-Петербурга, даже очень крупные, испытывают колоссальный кадровый голод, артистов не хватает. Эта проблема назрела давно, и ее необходимо решать".

"Лучшие в своем деле - это Вагановка и Московская государственная академия хореографии, с ними связаны главные надежды", - отметил балетмейстер.

Эйфман добавил, что назначение Николая Цискаридзе - "ответ на давно назревшие проблемы". "Я, как директор театра, который также испытывает кадровый "голод", очень бы хотел, чтобы с приходом Цискаридзе эта проблема разрешилась, чтобы он попытался активизировать деятельность Академии по качеству выпускников".

"От души желаю ему успехов, - продолжил хореограф. - Мы все надеемся, что Академия заработает в полную силу, используя весь свой потенциал. А он там колоссальный, это одна из ведущих академий мира. Успех Николая на посту ректора станет успехом и для всех нас".

Бывший премьер Большого театра России, народный артист России Николай Цискаридзе стал исполняющим обязанности ректора Академии русского балета имени Агриппины Вагановой. В этой должности его представил в минувший понедельник в Санкт-Петербурге министр культуры РФ Владимир Мединский. В качестве нового художественного руководителя Академии представлена прима-балерина Мариинского театра народная артистка России Ульяна Лопаткина.

(no subject)

Контракт с Иксановым прерван и его перенаправили на работу в министерство. Затравленный Большой, некоторое время будет приходить в себя. Хотя, кто знает? Внешне многие люди, сегодня, выглядят прекрасно. Внешне. Иксанов тоже был не исключением. И, Янин. И еще, неизвестно что, ждет нас дальше в истории с Филиным. Сомнения...сомнения... во всем.... В России все давно уже встало с ног на голову.

По этому поводу, ну, и по поводу, каким прекрасным творческим и просветленным руководителем был Анатолий Геннадьевич (Тахир Гадельзянович) Иксанов, вспомню, что в 2011м году ряд новостных сайтов опубликовал очень внятный компромат со многими сканами документов, их которых стали понятны некоторые (лишь, некоторые) схемы перевода денег из общественного состояния, в частное. Чтение и сегодня весьма увлекательное. Букв, правда, много, немеряно. Но, кому будет интересно, одолеют.


Взято с уже другого сайта, сохранившего материалы и давшего небольшой комментарий. (http://www.jacta.ru/russia/article/?id=869)

Двуликий "Большой"

28.10.2011 | 17:34

Сегодня – открытие Большого театра. Трансляции, почетнейшие гости, пробки из-за перекрытых улиц. Мы присоединяемся к поздравлениям в адрес российской культуры, однако вспоминаем и неприглядную составляющую этого значимого события. Несколько месяцев назад на ряде новостных сайтов появились копии материала, содержащего жесточайший компромат на руководство ГАБТ и раскрывающего финансовые подробности реставрации. Через небольшое время все копии заметки исчезли. Мы считаем, что именно сегодня актуально напомнить аудитории и об этой страничке жизни «Большого», тем более, что авторы обещали опубликовать этой осенью продолжение истории. Мы приводим материал без сокращений. Удалены только фотографии непристойного характера.
------------------------


Все напечатанные здесь материалы основываются на фактах и подтверждающих их документах.

Весь материал является частью независимого расследования, которое производилось на основании предоставленных материалов сотрудниками Большого театра России.

(Большинство документов получено с почты заместителя генерального директора, и сделаны скриншоты для подтверждения)

Предисловие

Давно уже не секрет, что сейчас время рекламы и телевидения. То, что большинство людей видят и слышат в СМИ, то они и впитывают, тому они и верят. Увы, до сегодняшнего дня это было так.

Сайт, посвященный Директору балетной труппы Янину Г.П. www.yanin.info , разрушил миф придворной прессы о той красоте и “великим действиям” руководства Большого театра по поднятию культуры России , о которых они так зомбировано рассказывают избранным корреспондентам на пресс конференциях. Ведь эти пресс конференции проходят строгий отбор, и те, кто пытается или пытался поднять проблемные вопросы в театре, просто напросто на нее не допускались.

Cайт www.yanin.info просуществовал всего 7 дней. На второй день после его открытия его пытались закрыть (используя все могущественные связи Большого), и удалось. Но мы его снова открыли, и благодаря этому Директора-извращенца, занимающего пост одного из начальников культурного органа России, увидели многие. Этот сайт с порно материалами Янина Г.П., Директора Балетной труппы Большого театра, был небольшим ударом для руководства Большого, так как они считали, что все, происходящее внутри театра, никогда не выльется за его пределы. Но они молодцы, не растерялись, и собрав очередную "свою" пресс конференцию, которую все время проводит приближенный человек генерального директора Иксанова А.Г.- пресс секретарь Новикова Е., внушили присутствующим, что это некий компромат, и что, мол это связано с борьбой за власть перед открытием театра, и что человек на фото вовсе не Янин Г., а очень на него похожий. Замять нашу информацию им не удалось, так как там были факты, но погасить скандал, благодаря бесспорно неплохой работе и вранью пресс секретаря Новиковой Е., частично удалось.

Мы не будем голословны, мы не будем кричать без подтверждений, что Большой театр коррумпирован, мы просто напросто опубликуем здесь факты и документы, указывающие на это.
***

Большой театр - это завод по отмыванию денег. Это - сердце коррупции, которое находится в нескольких метрах от Кремля. И этот завод могли в 2009 году, а именно следственный комитет, полностью раскрыть, так как они к этой цели были очень близки, найдя факты по оплате несколько раз одной и той же работы по реконструкции театра. Но, благодаря хорошим юристам, взяткам и поддержке на высоком уровне, эту ситуацию получилось заглушить.

Начало

Ранее, до Большого театра, с 1978 года Иксанов Тахир Гадельзянович (он же Анатолий Геннадьевич) работал главным администратором Ленинградского Большого драматического театра имени М. Горького (БДТ). С 1996 года до 1998 года его возглавлял. Ключевой точкой отправления в должность Генерального директора Большого театра Иксанова стала его работа на телеканале "Культура" (1998-2000) и знакомство с Швыдким М.Е. В 2000 году Швыдкой становится Министром Культуры РФ, и как "совпадение" - распоряжением Председателя Правительства Российской Федерации от 1 сентября 2000 г. Анатолий Иксанов назначен генеральным директором Государственного академического Большого театра России.


Очень странно на тот момент было понять, как человек, проработавший почти всю свою жизнь в драматическом театре администратором, попал на должность Генерального директора Большого театра России. Ведь Большой театр - это не драматический театр, а оперный и балетный. И это совсем другая "кухня". Как пример можно сопоставить: человек руководил шоколадной фабрикой, и после его назначают руководить металлургическим заводом. Чтобы в искусстве оперы и балета разбираться, научится различать плохую оперу от гениальной, или бездарный балет от шедевра, это искусство нужно впитывать с ранних лет, и хотя бы пройти от и до, как артист этого жанра, чтобы познать эту сложнейшую систему. Но, как показывает руководство Иксанова, эту ипостась и недостаток можно прикрывать годовыми отчетами, ссылаясь в них на прикормленных корреспондентов и критиков, которые за бесплатные билеты, оплаченные театром номера в отелях и за приглашения на дорогие фуршеты, готовы написать о самом провальном спектакле, что это гениально. И даже многие политики не в силах остановить позор искусства, который производит завод Большого. Взять, к примеру, оперу "Дети Розенталя" и поднять всю прессу по этому событию. Но тем не менее, опера вышла в свет. А знаете почему? Да потому, что выход любого нового произведения, будь то балет или опера - это колоссальное отмывание денег, которое легко своровать на завышении цен по пошивам костюмов и создании декораций к спектаклю, через свои "семейные" фирмы. И не выпустить спектакль на этапе пошивов костюмов, постройки декораций и закупки оборудования - это значит не включить в годовой отчет (на что потратились деньги) и соответственно попасться на миллионных растратах. Вот поэтому опера тогда и вышла в свет. И вторая причина, как мы и писали ранее, Иксанов , который к сожалению, далек от оперного искусства и просто напросто не отличает хорошую оперу от плохой.

Вороство государственных бюджетных и спонсорских денег

Тендеры Большого театра

В этой главе всплывает заместитель Генерального директора - Гетман Антон Александрович. В отличие от Мисковца, Гетман не принадлежит команде БДТ. Этот человек, несомненно, неплохой менеджер, но вся его работа направлена на одну цель, которую поддерживает Иксанов - это как можно больше украсть бюджетные, спонсорские и государственные деньги, используя сомнительные схемы. Иксанов достаточно грамотно выбрал позицию: через его подпись почти не один финансовый документ не проходит. За него все подписывают его заместители. Т.е. генеральный директор Большого театра ворует деньги руками своих заместителей, направляя их действия в нужное русло.

Вот один из последних примеров: скандальный тендер по работе обновления сайта Большого театра. Через тендер руководство тетра хотело украсть миллионы рублей, объявив сумму тендера в 5 400 000 (пять миллионов четыреста тысяч рублей). Но благодаря Навальному и его замечательному сайту http://rospil.info/, Большой побоялся воровать, так как эта информация приобрела широкий резонанс у общественности. Но мы продолжим эту историю, расскажем и покажем, как все-таки Большой театр эти деньги сворует. Сразу добавим - схема гениальная.

Участники схемы:

Газпром нефть - в лице зам. Ген. директора В. В. Баранова

Андрей Хоробрых - возглавляет дочернюю для Газпром нефти ИТ компанию (Генеральный директор ООО ИТСК)

А.А.Гетман - Заместитель генерального директора Большого театра России

Андрей Дьяков - директор artlebedevstudio (Студии Лебедева)

ГОЛУБКОВ Сергей Сергеевич - Заместитель Генерального директора по экономике и финансам ООО "ИТСК"

Андронова Евгения Владимировна

Мария Овсянникова - юрист Большого театра

Иксанов А.Г.- Генеральный директор Большого театра

Большой театр без тендера заказал обновление сайта студии Лебедева и получил от студии коммерческое предложение на всю работу. Эта сумма составляет 599700 рублей. Далее Большой театр обращается к попечительскому совету (спонсорам), для того, чтобы выбить из них якобы на создание сайта дополнительную громадную сумму, вешая им лапшу на уши и называя их НЕПРОДВИНУТЫМИ ЛЮДЬМИ. И это получается. К 600 тыс.рублей (деньги из бюджета) прибавляются деньги от попечительского совета 125 000 евро, итого: 5 600 000 (пять миллионов шестьсот тысяч рублей)! Теперь главная задача - их освоить. Для этого через знакомых Большой обращается к заместителю генерального директора Газпром Нефти Баранову В.В. Тот, в свою очередь, знакомит Большой с генеральным директором ООО ИТСК- дочерней компанией Газпром Нефти. Далее подключается к процессу юрист Большого театра Овсянникова Мария. Начинается создание махинации воровства денег. Вот цитата из переписки Гетмана и Ко:

" Я переговорил с генеральным директором по поводу построения наших отношений с компанией ИТСК, которая заказывает для нас новый интернет сайт и передает его нам. Генеральный директор подтвердил, что для нас приемлема схема №1, то есть мы формируем два договора. Один - ИТСК - Большой театр России, по которому ИТСК передает театру неисключительную лицензию на сайт, расположенный по адресу www.bolshoi.ru. В данном договоре мы определяем стоимость лицензии в размере 5,4 млн. рублей. Срок действия лицензии - 5 лет (мое предложение).

Второй договор Большой театр - ИТСК, по которому театр предоставляет ИТСК рекламные услуги на сайте на 5 лет. Услуги театра оцениваем в размере 5,4 млн. рублей.

Далее мы производим взаимозачет финансовых обязательств и оплачиваем НДС в размере и порядке, установленным Законодательством РФ от суммы 5,4 млн. рублей.

Прошу Вас подтвердить, что мы все согласны с таким подходом."

Мы предлагаем Вам изучить всю переписку по созданию сайта, где Вы убедитесь и поймете этот процесс от и до. Это подтверждающие факты и доказательства выше описанного: ИТСК.

Также хотим сказать, что свои услуги по созданию-обновлению сайта предлагала и другая компания, прислав свое предложение и идеи. Но их услугами не воспользовались, так как схема по отмыванию денег была уже в процессе. Вот первое доказательство и второе (это есть и в интернете).

Перейдем к другим тендерам. Мы не будем, как в предыдущем примере, досконально расписывать схему откатов и т.д., а просто приведем один из документов, подтверждающий договоренность о заключении контракта до тендера Большого театра с компанией ООО "АЛИНА 2000" . Для упрощения, главная мысль выделена красным цветом.

Мы не хотим одновременно выкладывать всю информацию. После открытия театра мы также обнародуем полную доказательную базу о сговоре перед тендером и другую интересную информацию о работе с Большим театром следующих компаний: ООО АКАДЕМСЕРВИС (контактное лицо Наталья Липец), ARIVIST GROUP (контактное лицо Яна Буянова), ООО "Настоящая Экспедиторская Компания", DHL (Елена Рабкина) ссылка как факт того, что информацией мы обладаем.

Заместитель Генерального директора Мисковец О.Т.

После назначения генеральным директором Большого театра Иксанов начинает создавать свою преданную команду, и назначает на должность заместителя своего товарища по БДТ Мисковца О.С. (С 1986 по 1991 г. учеба в Ленинградском институте киноинженеров). И, находясь на руководящей должности, понимая, что со старым образованием на такой должности находится не совсем корректно, Мисковец идет учиться на директора по экономике и финансам в Институте бизнеса и делового администрирования Академии народного хозяйства при Правительстве РФ. И в 2008 году получает там диплом. Этот диплом гордо разместил у себя в кабинете в серванте, за многочисленными бутылками алкоголя.

Но есть одно но… В течение 2005 года Мисковец имел полномочия финансового директора Большого театра. И в его правление происходило открытое воровство Президентских грантов. Несмотря на проверки счетной палаты, Большой театр всегда по договоренности выходил по этому вопросу схим из воды. Но скорее всего счетная палата недопонимала, где искать. А мы в данный момент расскажем и покажем на наглядном примере, как это воровство найти.

Президентские Гранты

В коллективе балета Президентские гранты среди артистов распределял Янин Г.П. (www.yanin.info), известный своим пристрастием к порно-фото-сессиям. Гранты он распределял на основании приказа генерального директора.

Находясь на 0.5 ставки заведующим балетной труппы и одновременно на 0.5 ставки артистом балета высшей категории, Янин пользовался полномочиями заведующего балетной труппы и назначал сам себе Президентские гранты в колоссальных размерах. Если взять расчетные листы из бухгалтерии Янина Г.П., а также Маландиной Натальи Александровны находится на такой же ставке что и Янин: артист балета высшей категории), можно невооруженным глазом увидеть разницу в сумме. Т.е. если Янин Г.П. в январе 2005 года начислил сам себе Президентский грант в сумме 73000 руб., то Маландиной Н.А. он начислил 22000 руб. Дабы избежать прикрытия Янина Г.П. на ведущей пресс -конференции с участием Новиковой Е., а также ввода в заблуждение Следственного комитета Р.Ф. со стороны Большого театра, мы тщательно разберем этот пример.

В расчетном листе, есть строка: "Партия (балет) артистов балета" и далее напротив нее указана сумма. Это строка говорит о том, сколько раз артист выходил на сцену, и в скольких спектаклях учувствовал. Проще говоря, чем больше сумма в этой строке, тем больше артист работал. Так вот, если сравнить эту позицию у Маландиной и у Янина, можно четко увидеть, что Маландина работала в спектаклях намного больше. А грант, как известно из положения по грантам, начисляется работнику на основании его работы. Чем больше работал, тем больше должен быть грант. Но, как показано в этом примере, Янин Г.П., пользуясь своими должностными полномочиями, начислял себе колоссальные суммы, не взирая ни на какие правила и законы по грантам. Таким образом, он положил в свой карман более миллиона рублей, и тем самым лишил артистов положенных им грантов от Президента Российской Федерации. Просим изучить эти документы, и также просим следственный комитет, если их эта информация заинтересует, взять в бухгалтерии расчетные листы зарплаты всех артистов , находящихся на должности "артист балета высшей категории", и провести свое расследование. Да, мы прекрасно понимаем, что расследование начинается после письменного обращения в Прокуратуру о проверке, и мы долго упрашивали артистов написать это письмо, но увы - все артисты запуганы руководством Большого театра, которое постоянно грозит в случае любого распространения внутренней информации увольнением.

Так случилось после написания артистами хора письма в счетную палату о проверке расходования Президентских грантов. После чего генеральный директор вызвал каждого подписавшего это письмо по одному в свой кабинет. Один на один, каждому артисту генеральный директор дал два варианта: отказаться от своих подписей под этим письмом или выбрать увольнение по сфабрикованным театром причинам. Естественно почти все отказались от своего обращения в счетную палату. И тем самым своим незаконным примером, генеральный директор дал знать артистам, что они в этом театре - никто, и что они будут получать столько, сколько решит сам Иксанов . Вот поэтому все артисты, а также артистический персонал, сейчас в Большом театре работают за копейки. Средняя зарплата артиста в Большом театре составляет 20000 руб. Из них 3000 руб. - оклад, 3000 руб.- заработанные за спектакли деньги, и 14000 руб. -Президентский грант. И с такой мизерной зарплатой, артист не то что себе на квартиру не сможет заработать, да просто ипотеку в банке никогда не получит.

Ведущий артист балета, чтобы попасть в театр, проходит 8 –ми летнее обучение в балетном училище. И учеба длится 6 раз в неделю, с 9 утра и до 18 вечера. После выпускного будущий артист имеет среднее профессиональное образование. Далее, пройдя строгий отбор на государственно экзамене, из всех выпускников лишь около 7 человек (лучших) попадают в Большой театр. Артист балета работает всего 20 лет. Работают они 6 дней в неделю, включая все праздничные и выходные дни. Понедельник-это единственный нерабочий день. Работа начинается с 10 утра, с дневным перерывом, и заканчивается в 23 вечера. Это адская работа, сравнима лишь с работой профессиональных спортсменов. Это ежедневные тренировки, колоссальные нагрузки. Но, в отличие от спортсменов, артист не может выиграть золотую медаль и получить от государства 1 000 000 долларов. Артист ежедневно, изо дня в день, держит себя в физической форме, и, выходя на спектакль, знает - у него нет шанса переделать, у него нет шанса повторить, он должен сделать все на отлично с первой и единственной попытки. Ответственность колоссальная, так как на него смотрят тысячи зрителей.

Почему карьера всего 20 лет? Да потому, что у артистов балета, как у машины, стачиваются детали - суставы, рвутся от нагрузок связки, травмируются колени… и в отличие от машины, артисту балета уже не поставить, не заменить сломанную деталь на новую. К 38 годам здоровье у артистов балета сравнимо с состоянием здоровья 60-летнего человека, не занимающегося этим искусством. Мы можем долго рассказывать о специфике работы артиста балета, но лучше мы продолжим тему воровства и растрат "владельцами" Большого театра тех денег, которые недополучают за свой адский труд артисты, посвятившие всю свою жизнь этому искусству.

Второй этап воровства Президентских грантов тоже происходил во время правления на финансовой должности Мисковца О.Т. Это воровство среди артистов называется "воровство мертвых душ". Поясняем для следствия: "мертвыми душами" называют артистов, которые числятся в Большом театре, не появляются на работе и не участвуют в репертуаре Большого театра. Таких людей много. Руководство с помощью таких "мертвых душ" отмывает гранты, а именно начисляют их работникам, и далее снимают собственноручно эти средства, или же получают непосредственно в руки от "мертвых душ". Взамен работник числится в театре, дорабатывает до пенсии, и параллельно занимается своими делами, работает на другой работе и т.д. По такому примеру начислял гранты "мертвым душам" Янин Г.П. вот этим работникам: Барсегян А., Журба Ольга. Что касается Барсегяна - доказать юридически сложно, так как он являлся артистом кордебалета. Но что касается Журбы Ольги, то это все очевидно, так как Журба О. являлась СОЛИСТКОЙ балета, и все ее выхода на сцену отражались в афишах Большого театра. Стоит Следственному комитету сходить в музей Большого театра, взять все афиши(программки) начиная с 2003 года по 2007 год, и можно увидеть, что Журба О. не участвовала вовсе ни в одном спектакле. Ее фамилия нет ни в одной программке. Но тем не менее, Янин Г.П. начислял ей грант, прикрывал ее неявку на работу, и получал от нее начисленные им же денежные средства. Эту махинацию элементарно раскрыть, так как направление по работе с этим вопросом мы описали.

Что касается Янина Г.П., и произошедшего вокруг этого скандала. То, что это любитель извращенного гомосексуализма, это понятно по фотографиям [фото из этических соображений удалены, к моменту публикации они были доступны в КЭШе поисковых систем – прим .]. Но то, что он действительно поставлял балерин для олигархов, работая в роли мамки, это правда. Это мы поняли из многочисленных писем, которые мы получили от артистов балета, в которых рассказывалось об этом подробно. Янин вызывал в себе в кабинет балерину, и говорил, что она обязана присутствовать на фуршетах с участием спонсоров. Многие балерины не хотели, умоляли Янина чтобы вместо них пошла другая, но тот, в свою очередь, говорил - это приказ сверху, хочешь танцевать в этом театре, нужно идти. И выбора у балерин не оставалось. Взамен за свой великолепный организационный процесс, Янин Г.П. получал многочисленные бонусы от Иксанова. Получил звание Заслуженного артиста РФ, также его документы верхушка Большого театре подала в Министерство Культуры для присвоения ему звания Народного артиста Р.Ф. Он это звание должен был получить в конце этого сезона, перед открытием основной сцены Большого театра. Кстати, эти документы до сих пор лежат в Министерстве Культуры, и просто ждут затишья скандала, случившегося с Яниным Г.П., и далее планируется все таки присвоить ему это звание. Самое удивительное, что Иксанов Янина Г.П. не уволил. Но и тут мы откроем тайный занавес Большого театра.

Если бы Иксанов уволил Янина Г.П., Янину нечего было бы больше терять, и он мог раскрыть все карты по организации поставок девочек для спонсоров, финансовым махинациям с левыми концертами и многое другое, о чем он знает, так как он являлся частью этой системы и был исполнителем. Но руководство Большого театра пошли другим путем. Несмотря на то, что балетная труппа собрала собрание, и требовала уволить Янина Г.П., так как он опозорил честь и достоинство артистов балета, и что своими фотографиями он порочит имя Большого театра, Иксанов наотрез отказался исполнить требование труппы. Он предложил Янину Г.П. сделку: уволиться по собственному желанию. Многие скажут, что результат один и тот же. Но нет. Юридически, если человек не уволен, а увольняется по собственному желанию, он всегда может по письменному заявлению восстановится в должности. Или же получить другую руководящую должность. И ,в связи с открытием Большого театра, штат расширяется, и одно из мест на руководящую должность Иксанов приготовил и для Янина. Взамен он будет молчать и играть в политику Большого театра.

Только вот один вопрос: почему Иксанов не предложил Янину уволиться сразу и оставил его на должности артиста балета? Ведь он как артист уже давно пенсионер? А вот тут и кроется разгадка - Звание Народного артиста, о котором мы упомянули ранее. Янин и по сей день работает в Большом театре, несмотря на то, что мировое имя Большого театра он очернил своим вопиющим поведением. Также Иксанов помог Янину - взамен его молчания -урегулировать этот скандал и на телеканале КУЛЬТУРА, где Янин Г.П. выступает в роли ведущего программы "Абсолютный слух". Что ж, браво, Иксанов! Вы хороший менеджер и политик! Как говорится в русской пословице: и овцы целы и волки сыты.

Перейдем к следующей главе…

Открытие новой сцены

Ни для кого не секрет, что по реконструкции основной сцены возбуждены уголовные дела о растрате денежных средств. Эту тему освещали все СМИ в 2009 году. В данный момент на реконструкцию Большого театра потрачено около 22 миллиардов рублей. Ну это тему мы пока трогать не будем.

Перейдем непосредственно к открытию, а именно к финансированию концерта, который пройдет в октябре 2011. Изначально театр на проведение одного концерта просил 100 млн. рублей. В министерстве культуры намекнули, а именно Седов Ярослав, что для получения денег (одобрения Министерства Финансов) нужно - цитируем:

" в порядке подготовки к Вашей встрече с Шалашовым по поводу сметы, а также в порядке помощи всем, причастным к этой работе, наши специалисты, разбирающиеся в требованиях Минфина, выбрали образец сметы, который недавно был Минфином успешно принят. Есть ощущение, что если Вашу смету привести в этот формат и достичь такой же степени детализации обоснований, дело продвинется. Все, кто у нас в этом понимает (Шалашов, Волков, Петухова, Жукова и др., включая Дашу, уже ушедшую в декрет), готовы помогать. А меня попросили прислать Вам эту смету, что я и делаю. Попробуйте, пожалуйста, ко встрече с Шалашовым сделать что сможете и успеете для приближения к этому образцу. А дальше будем двигаться со всеобщей помощью."

Фрагмент переписки и смета КО в Сочи.

Далее театр по вышеуказанному образцу расписал смету на 100 млн. Их попросили свой аппетит урезать, и в итоге театр получил на открытие (проведение одного концерта) 60 млн. рублей. Вот та самая смета. Раскрывать всю программу, а также приглашенных лиц для выступления, мы не будем, так как открытие, несмотря на сплошное воровство в театре, все-таки должно остаться втайне.

Просто когда Вы будете наблюдать, Вы сможете увидеть и посчитать сами, стоил тот или иной эпизод таких денег, или нет. Хотим лишь добавить: в Большом театре в штате состоит 54 своих великолепнейших солистов оперы. Их зарплаты не превышают 15 000-30 000 руб. в месяц. Как Вы видите, в смете оплата одного солиста за участие в концерте составляет от 675 000 до 1 357 000 рублей. Приоткрывая завесу тайны, в смете(с именами) по солистам оперы- не указана ни одна наша оперная звезда, увы. Мы уверены, что после выхода нашего сайта произойдут замены в составах участников , произойдут изменения в смете и многое другое. Но 60 миллионов, это уж слишком колоссальные деньги, чтобы провести один концерт. Даже проект оперы Псковитянка, которая была поставлена в Псковском Кремле прошлым летом, обошлась в 30 миллионов рублей. А по сложности проведения опера Псковитянка намного сложнее и по постановке и по оформлению, нежели постановка концерта открытия основной сцены. Но, как говорят, поживем - увидим.

Открытие основной сцены- это хороший вариант для Иксанова и его команды показать, как красиво и масштабно они могут мыслить, и всей этой красотой затмить всем глаза, и продолжать воровать. Да, за такие деньги любой бы человек сделал бы грандиозное шоу. И устроил бы трансляцию этого открытия не только в кинотеатрах, за рубежом и в интернете, но и на других планетах.

Следующие материалы будут опубликованы после открытия театра:

По воровству и отмыванию денег на других примерах + документы + факты;

Так же будут размещены снимки генерального директора, подтверждающие очень близкую дружбу с ОЧЕНЬ известным сотрудником Прокуратуры. (фото с их совместной рыбалки);

Все тайны оперы и хора Большого театра;

Информация о сыне Генерального директора и его подставных фирмах, которые выиграют тендер по рекламе;

Как сын Генерального директора оказался в олимпийском комитете + доказательства, документы и многое другое.

Для чего Иксановым был поставлен на пост руководителя балета, - Филин С.Ю., и как они осуществляют действия для увольнения театрального лидера балета Цискаридзе Н.М.

У нас найдется, чем поделиться.


До встречи осенью 2011.


Ну, и до кучи еще одна огроменная статья, после которой становится ясно, что и с нападением на Филина тоже далеко не так просто и ясно, как казалось, изначально.


http://ogurcova-portal.com/vandalyi-v-kulture/

".....Интересно, что накануне зашкаливающего все наши представления о «серьезности» нападения на Сергея Филина, 10 января Ксения Собчак пытается… создать компромат на Николая Цискаридзе, задавая вопросы о «серьезных людях», с которыми он лично знаком, и том, какие конфликты в профессиональной среде у него были с С. Филиным.

И каждому понятно, что за вопросами Ксюши стоят, ну-у, о-очень «серьезные люди», которым как раз за неделю страшно понадобилась эта запись. О том, что всех нас ждет в будущем, они уже знают, они — «держат его в руках». Поэтому иногда жить не хочется, понимая, в чьих руках находится наше будущее, насколько все эти «мойры» абсолютно… «серьезны».А вот Цискаридзе — вряд ли понимает в момент передачи… насколько «серьезные» интересы на нем сошлись. Вопрос в том, что знает о своих «наболевших» вопросах сама Ксюша........"


Я, откуда-то, знаю, что когда враги хотят уничтожить какой-нибудь, конкретный народ, как нацию, то обязательно стремятся уничтожить (исполнители - неважно, кто, пути, тоже, неважно какие) культурную и духовную составляющие. Ну, есть аксиома, такая. Но, это конспирологическая теория. Когда она перейдет в практику, будет другой день и другая история.
А пока все тянутся и тянутся нитки увеличивающегося клубка воровства и расхищения всего что лежит, стоит, летает и т.д. Ну, и ничего не расследуюется. Или расследуется с реожиданными результатами.
В Большом как-то сошлись вместе, красота, мастерство актеров, часть мировой культуры, воровство, разврат, трусость, сволочизм, преступность, отчаяние, страдание, гнусность.

Меня даже не поразила (в созданной ситуации) сила ненависти Швыдкого к Цискаридзе. Это, логично, если понимать этих людей, как личности и что они сделали (совершили) в своей жизни.

Вадим Гаевский

Из-за очередного дикого скандала с Большим и участия в нем двух театроведов (http://echo.msk.ru/blog/shvidkoy/949699-echo/ блог Швыдкого и комменты), как-то вспомнилось свое театроведческое прошлое и другие театроведы. Было сложно. но весело. Театр, несмотря на свою террариумовидность, занятие удивительно веселое и захватывающее. Вот, только деньги все и всех портят.
Но. о театроведах. Есть такой весьма нтересный человек - Вадим Моисеевич Гаевский.


Его и ругают. его не любят. А еще. его хвалят и любят. И, если выпадает случай его послушать, или поговорить, то человека не оторвать, будет и будет задавать новые вопросы и случать и слушать ответы. Или читать. Вот, попробуйте. почитайте что-нибудь его. Будет, наверняка, захватывающе. интересно. Ну, или я ошибаюсь. и интересно это только мне и мнеподобным психованным театролюбам и театроведам.



Коротко. Родился-женился:
Родился в 1928 г. в Москве. Окончил ГИТИС (ныне РАТИ). Критик, историк театра, с 1992 г., профессор РГГУ (зав. кафедрой истории театра и кино). Обозреватель журнала «Театр», член редколлегии журнала «Московский наблюдатель», публикуется в журнале «Наше наследие», газетах « Мариинский театр», «Московские новости» и др. Член международного общества историков балета (Франция). Автор более 200 работ, в т. ч.: «Дивертисмент: Судьба классического балета» (1981), «Флейта Гамлета: образы современного театра» (1985), «Дом Петипа» (2000). Лауреат Премии им. А. Блока (2001) и Премии А. Кугеля (2005). Заслуженный деятель искусств РФ.

И я, сейчас, вновь. начала читать его слова. В книгах, статьях. интервью и зачиталась. И сохраню ссылочки на этой страничке. Для себя. Чтоб не забыть.
Да! Тем, кто упрекал меня в двойственности взглядов. Мне нравится хороший слог вне политических заявлений. баталий и участия в оных. И я всегда помню (не надо мне об этом все время напоминать), что Швыдкой и Гаевский вышли из одной школы и до сих пор прекрасно контактируют.

Ссылочки:
http://www.chaskor.ru/article/teoriya_razgovora_17417 Теория разговора
Вадим Гаевский о Павле Гершензоне; Павел Гершензон о Вадиме Гаевском: диалоги не только о балете

потом еще найду.



И на закуску, уже не про Гаевского, но про балет. Ссылочки на форумы. Вот, где увлекательные разговоры о театрах и их содержимом:

http://www.ballet.classical.ru/ (МАЛЕНЬКАЯ БАЛЕТНАЯ ЭНЦИКЛОПЕДИЯ) есть много чего, для лучшего понимания темы


http://www.ballet.classical.ru/archive/
АРХИВ БОЛЬШОГО ФОРУМА ЛЮБИТЕЛЕЙ ОПЕРЫ И БАЛЕТА (содержит сохранившиеся балетные темы за период с ноября 2000 г. по апрель 2003 г. - Всего сообщений - 7186 (16,3 Мбт))

http://forum.balletfriends.ru/viewforum.php?f=1&sid=26712d1a92353d1fcd03c3686b64a4cb (Балетное фойе - часть большого форума и про балет и про оперу)

Мистер Большой Икс и его Большой театр

Тошнит уже от всего. Но, от этого дела происходит какой-то особо мерзкий запах. Возможно, потому что слишком близко находятся.
А я так надеялась, что Швыдкой и Иксанов, это уже тени вчерашнего дня. Да! Размечталась. К ним еще и Мединского присоединили. Скорее мы все станем тенями, а эти непотопляемые "театроведы" так и будут на плаву. Ха, там такие деньги распилены. Они поддержат и согреют, даже, если вдруг произойдет конец света в России и все-все будут кричать о погубленных великих театрах. В большинстве, же, всем наплевать на происходящее. Только Николай Максимович. практически в одиночку, всем плешь проедал. Вот, и получил гранату от друзей. Зато, у него больше не будет иллюзий по поводу некоторых людей.


Оригинал взят у politrash в Мистер Большой Икс и его Большой театр
Закрыв глаза на искрящую событиями политическую жизнь, поговорим о большом и высоком. Все помнят целый ряд скандалов, внезапно совпавших с открытием исторической сцены Большого театра после масштабной реконструкции. Тут вам и билеты от 90 тысяч до двух миллионов руб, и резкие высказывания о, казалось бы, прекрасном отреставрированном памятнике культуры by Николай Цискаридзе. Но то было томительной прелюдией.



Прошло немного времени и Большой снова в центре внимания. Возобновленный спустя 35 лет балет "Иван Грозный" критиков что-то не вдохновил, но на выручку индексу цитируемости самого известного театра страны поспешила Тина Канделаки. Тинатин Гивиевна отметилась мощным и документированым набросом на тему некачественной реконструкции Большого театра, обильно сдобрив пост трещинами и плесенью на стенах зрительского зала.

На этом Канделаки не успокоилась, благо и другие яркие персонажи этой истории даром свой хлеб не едят. Подпрыгивая от невыносимости происходящего, мнением о ситуации в Большом поделился экс-министр культуры Михаил Швыдкой. С грустью и бесконечной тоской в глазах Швыдкой наябедничал на известных театральных деятелей, которые со своей стороны написали письмо Путину с просьбой заменить нынешнего гендира театра Анатолия Иксанова на все того же Цискаридзе. Канделаки помогла Швыдкому и раскрыла список самых преданных друзей Иксанова, искренне озабоченных нервными нагрузками завхоза Большого. Там и Олег Табаков, и Марк Захаров, и Алиса Фрейндлих. Человек высокой степени душевной организации Михаил Ефимыч Швыдкой не растерялся и перед уважаемыми людьми:

"Но такого, чтобы руководители одних театров просили снять с работы своего коллегу из другого театра, – такого мне еще не доводилось читать. Они же не обиженные руководителем коллектива артисты, которым можно все, что угодно, их поступки не всегда согласовываются с моралью. Как правило, приличные люди подписывали письма лишь в защиту того или иного деятеля культуры, притесняемого властью, но никак не наоборот".

И чего это Швыдкого так кроет, как будто Иксанова только ленивый не критиковал? - спросит наивный читатель и немедля получит ответ.



Все дело в дружбе - чистой, наивной и, конечно, без малейшего намека на взаимную корысть. Михал Ефимыч и верный ему Тахир Гадельзянович сблизились давным-давно, работали еще на т/к "Культура", а будучи на министерском посту Швыдкой недолго раздумывал, с кем бы осуществить красивый мегапроект "Реконструкция Большого". Даже награды от дружественных стран ЕС закадычные друзья до сих пор получают вместе. Сейчас, когда театральные деятели решили предложить Цискаридзе на пост Иксанова, у которого банально истекал контракт, Швыдкой решил действовать в открытую и показал на отличненько, что его волнует больше: театр или судьба давнего соратника. Контракт Иксанову в Минкульте продлили, но нервы по-прежнему напряжены.



Хотя Иксанов в любом случае не пропадет. Разве может по нынешним временам затеряться автор монографии "Как просить деньги на культуру"? Человеку явно удалось в совершенстве овладеть теорией для практического использования. Иксанов попросил 35,4 миллиарда рублей на реконструкцию Большого - Иксанов получил, Иксанов освоил. А история Великого Освоения достойна отдельного рассмотрения.

Изначально из казны планировалось выделить около 25 млрд рублей. Позже сумму признали завышенной и сократили сначала до 19,5, затем до 15, а позднее - до 11,7 млрд рублей. Однако уже к 2009 году сумма волшебным образом вновь возросла до 32 млрд. Тогда, если помните, взбрыкнул Юрий Лужков, раскритиковав реконструкцию, но сменил гнев на милость, когда взаимопонимание насчет генподряда с Иксановым удалось найти.

Апофеозом реконструкции "Большого театра" стало возбуждение в тоже 2009 году уголовного дела по части 1 статьи 285 УК РФ (злоупотребление должностными полномочиями). По данным СК, с 2003 по 2009 дирекция театра трижды (!!!) оплачивала организации "Курортпроект" одни и те же работы по проектированию и подготовке рабочей документации. Чтобы наверняка, б-г троицу любит, ну и так далее. 98, 362, 498 - эти разновеликие цифры в миллионном исчислении техдиректор "Курортпроекта" по фамилии Канчели (Трансвааль парк, помним) получил за чертежи и документацию.



Потому и перестраивать оказалось выгоднее, чем реставрировать. Дряхлой лепниной, сусальным золотом, бронзовыми канделябрами можно пожертвовать, расходы "оптимизировать", а старый хлам, выпиленный из театра продать на интернет-аукционах. Исторический памятник? Seriously? Ничем иным, кроме как бессовестной клеветой, назвать эти слова активиста "Архнадзора" Цеханского нельзя:

Перестроена вся сценическая часть, исчез задний портик – первоначальный, самый старый, также здание лишилось своего подлинного фундамента. Вся подземная часть вызывает большие сомнения с точки зрения гидрогеологии, потому что она оказалась подтопленной. И конечно, ни в коем случае нельзя было делать подземные входы перед колоннадой театра.



Каков лжец, а? В этом контексте 2-миллионные цены на билеты в Большой смотрятся совсем мелковато. Ладно реконструкция, но ежегодно на обыкновенное содержание театра из бюджета выделяется более 4 миллиардов. Стандартная ставка балерины, о которой пишет Канделаки, в 9к рублей, по мнению Политрэша, выглядит абсолютно логичной. 4 миллиарда - 9 тысяч в месяц, все как надо. Не оскудела еще земля русская на талантливых управленцев. Всем должно быть очевидно, что такому известному борцу против воровства в космических масштабах, как Анатолию Иксанову, бояться нечего. 12 лет сидит в Большом и вон какие успехи!

А малозаметные творческие неурядицы вроде ухода ведущих танцоров, увольнения худрука балета Ратманского - кого это вообще волнует? Великое Освоение закончено, контракт продлен, Иксанов улыбчив и бодр.

Ура, товарищи!

P.S. На десерт инфографика для любопытствующих:

bolshoy_theatre_final-01



Ну. и поговорить, особенно, о деятелях культуры, которые недопоняли. Вот, только что?
http://www.rg.ru/2012/11/23/teatr.html (покаянные письма и ответ пресс-центра БТ)

http://forum.balletfriends.ru/viewtopic.php?t=4932&postdays=0&postorder=asc&start=0 (соответствующая тема на форуме балета)

P.S. под конец. Иксанов, конечно бодр и улыбчив. Но, получил он под дых крепко. Каково вот так в лоб узнат о хорошем к тебе отношении от людей, которых знал много лет. Творческая интеллигенция. Российская элита.

Николай Черкасов (II)

Оригинал взят у 191966v в Николай Черкасов (II)
1913-07-27 - 1966-09-14

cherkasov_1

Русский актер театра и кино. Среди ролей: Петр Первый («Петр Первый»), Иван Грозный («Великий государь»), Мичурин («Жизнь в цвету»), Хлудов («Бег»), Осип («Ревизор») и др. Снимался в фильмах: «Депутат Балтики», «Петр Первый»,.«Алек-сандр Невский», «Иван Грозный», «Дон Кихот», «Все остается людям» и др.

Collapse )

Михаил Угаров. Очень интересное интервью.

http://magazines.russ.ru/druzhba/1999/2/ugarov.html

Михаил Угаров:




“Писать пьесы — безнравственно”

Беседу ведет Светлана Новикова

Интервью обычно делают с людьми, известными всем. Михаила Угарова знают, в основном, в театральных кругах или как одного из сценаристов ТВ-сериала “Петербургские тайны”. В нашем журнале (N№ 3, 1996) был опубликован первый прозаический опыт сорокалетнего драматурга — повесть “Разбор вещей”. Повесть отмечена редакцией “ДН” как лучшее прозаическое произведение года.

“Безнравственно, — говорит Угаров, — потому что это вмешательство в чужую жизнь”. Но не думаю, что он считает так на самом деле, иначе не занимался бы этим “безнравственным” делом столько лет. Проза и сценарии для телевидения появились у него гораздо позже. Сначала были пьесы. А до этого начала — было другое начало: он был актером и заведующим литературной частью Кировского театра юного зрителя. Писать пьесы начал десять лет назад. Они не очень-то походили на кондовые представления о драме, но безусловно, это была драматургия. В них много воздуха, недосказанности, музыки слова. Обилие мелких деталей и подробностей, позволяющих взглянуть на “большую историю” через “маленькую”, боковую. Избыточность детали, вроде бы незначительной, раскрывает его героя не меньше, чем целое жизнеописание у прочих авторов. Я не встречала другого драматурга, так много говорящего ремарками. Текст ремарок являет не только необходимое для постановщика и актера пояснение: он самоценен как высокая литература, его жаль, его просто непозволительно утаить от зрителя. Как бы ни была пространна ремарка, она не второстепенна относительно диалога. Его лучшая, на мой взгляд, пьеса “Газета “Русскiй Инвалидъ” за 18 июля...” начинается колоссальной ремаркой, превосходящей все мыслимые для ремарок размеры (более журнальной страницы): “Сцена представляет собой не богатую и не бедную гостиную московского дома”. Некоторым авторам этого вполне бы хватило. Иные захотели бы продолжить: “В глубине гостиной — фонарь из пяти окон, с мелкими оконными переплетами. В фонаре — сад, где есть финиковая пальма с пожелтевшими концами перьев, она произошла когда-то из косточки, брошенной в землю неизвестно кем. Виноградец оплел поверху оконные рамы, а теперь свободно падает вниз. В мелких плошках круглый год цветут темные фиалки...” Ну уж эта поэтическая миниатюра-зарисовка, кажется, вполне описывает место действия? Ан нет, Угаров продолжает далее, он щедр и подробен, он тратит по абзацу на каждый предмет в комнате.

“Высокие черные часы с ленивым медным маятником, с тяжелыми гирями. Они орехового корпуса, с башенным боем недельного завода. В башенке часов обустроена целая сцена, где райское дерево из жести с райским яблоком на нем. У дерева Адам и Ева. Ева сначала срывает яблоко с дерева, а потом подает его Адаму. Жестяной Адам же печален и задумчив. А из-за дерева, покачивая головой, выглядывает змей. Жесть местами тронута ржавчиной.

Диван черной кожи, у него на спинке шкафчики с гранеными стеклышками в створках, они запирались каждый на свой ключ, а теперь все ключи утеряны. Хорошо лечь разгоряченной щекой на его холодную кожу...

Широкие и тяжелые двери, с медными ручками и защелками. Открываются они с шумом, с протяжным скрипом. В детстве хорошо было кататься на этих тяжелых дверях.

Полукорпусом выступает из стены ребристого кафеля печь. Квадратики кафеля все в мелких жилочках-трещинках. На темной дверце печи отлит изогнутый цветок лилии; вьюшки ее, как пуговички на мундире, начищены. На гладком кафеле можно написать чернилами плохое слово. Если шепотом прочитать его — по животу пройдет холодок. За корявыми буковками можно вслед, чуть с запозданием, представить тот предмет, который это слово означает. Если предмет мужской, то можно просто усмехнуться, а если женский, то скорее послюнить палец и стереть написанное, как будто его здесь и не было никогда...”

В этих ремарках — свой, внутренний сюжет. Для главного героя пьесы, интеллигента, потерпевшего неудачу в любви и отказавшегося от реальности, жизнь свелась к воспоминаниям, разбилась осколками, из которых можно сложить довольно цельную картину. Он, как раненый Андрей Болконский, видит мир через мелочи. Князь — через травинку на поле боя, букашку. Обоим больно, обоим не до того, чтобы впустить в себя все целиком, но и части красноречивы. Герой Угарова укрывается за дверью с медными ручками, прячется от реальности за эту кафельную печь, зарывается в кожаный диван.

С. Н.: Миша! Когда был написан “Русскiй Инвалидъ”, лет восемь назад, многие говорили, что это не театр, а проза. Что это невозможно ставить! И что режиссерам тут нечего делать, потому что ты создаешь целостное произведение, не требующее интерпретации. Одни — так говорят, а другие — ставят. Можешь сформулировать, где граница между драматургией и прозой? Может, ее вообще нет?

М. У.: Конечно, нет. Драма и проза — это все очень условно. Это школьные понятия. Для удобства. Сколько ни пишу пьесы, ответить на вопрос, что такое пьеса, не могу.

С. Н.: Ты согласен, что драма должна иметь четкую конструкцию, более определенную форму.

М. У.: Ну, наверно. Но это грубое определение, я над такими немножко смеюсь. Подход у людей разный. Даже литературные критики — умные, интеллигентные — по-разному подходят к разным жанрам. Если в прозе они спокойно принимают технически и психологически сложные ходы, то в драме перестают это понимать. К драме заниженные требования: она должна быть элементарно проста, действенна (то есть непременно должно быть действие) и понятна. Может, я иду по ложному пути, пытаясь перенести всю сложную технологию современной прозы в драму? Наверно, этот жанр не выдерживает такой нагрузки и разваливается. Хотя я по своим пьесам проверял: эта конструкция держит большую психологическую нагрузку. С первого взгляда кажется, что так не пишут, не перегружают текст, не дают такие ремарки, но это все условно. Когда молодая девушка Оля Мухина написала свою первую пьесу с картинками “Любовь Карловны”, некоторые крутили пальцем у виска. Не понимали, что ее картинки — компонент из самых главных. Журнал “Драматург”, к чести Алексея Казанцева, это понял. Они потратили большие деньги, чтобы напечатать пьесу, как она есть у автора. Сейчас, когда в драматургию пришли молодые: Оля Мухина, Ваня Савельев, Максим Курочкин, я не ощущаю своей “особости”. Раньше мне было тяжелее, про меня говорили “авангард”, а я считал себя традиционалистом. То, что я пишу, воспринимали, как бессмысленный набор слов.

С. Н.: Потому что ты раздвигаешь границы драматургии как жанра. Развитие театра подталкивается литературой...

М. У.: Как во все времена...

С. Н.: Но не у всех. Театр Мейерхольда или Таирова был театром режиссерским. Для Мейерхольда имела значение не пьеса, а то, как ее можно представить. Драматургия меняется под воздействием разных общественных институтов. У нас сейчас слом, одна эпоха уступает место другой, одни герои — другим. Естественно, литература это отражает, и театр не может не измениться, остаться прежним. Старшее поколение театральных писателей не успевает за временем, “не догоняет”, как говорит молодежь. Это сыграло на руку молодым, театры отважились на постановки неизвестных юных авторов.

М. У.: Да, молодое поколение совсем другое. Они могут впасть в истерику: “Я пишу уже два (!) года, а у меня нет ни одного спектакля в Москве!” Мы — не так, мы писали и писали, получая от этого свое удовольствие.

С. Н.: Миша, к какому литературному стилю ты себя причисляешь? Я бы отнесла твою художественную манеру к возрождению и развитию “арт нуво”, к модерну конца тысячелетия.

М. У.: Я себя ощущаю проще. Пишу психологические пьесы. Нам вроде бы ясно, что такое психологическая драма. Ни фига не ясно! Мои предшественники, кроме Александра Володина, психологической драмы не писали. Работая завлитом в театре, я прочитал море пьес. Что такое психологическая пьеса? На мой взгляд, драма должна описывать мир невидимый. А она берет мир этот, видимый, и за это я ее не люблю. Вот у Коляды бывают куски “невидимого” мира, хотя он пытается описывать видимый. У Володина есть “провалы” (в высоком, хорошем смысле) в иррациональность. Я страдаю, что русский психологический театр превратился в театр рациональный. Нет больше психологического театра! Есть нормальное рационалистическое, головное искусство. Искусство режиссуры превратилось в инженерное. Смотрю спектакль любого режиссера, даже такого мастера, как Додин, и понимаю, как сделано и для чего. Зачем здесь эта сцена, почему сменился ритм. Хочу спектаклей, которые поражали бы меня неизвестностью, непознанностью. Я не беру театр антрепризный, коммерческий — там это святое, “законы жанра”. Но я-то говорю про театр лабораторный, театр поиска. Ни у одного из нынешних режиссеров — и среднего, и старшего поколения — поиска нет. Все рационалистично. Актер перестал быть тем, чем был всегда. Русская психологическая школа — это Леонидов, Михаил Чехов, Ходотов, Стрепетова, Комиссаржевская. Это иррациональная стихия, которая способна заразить. Это безумные куски в роли. Сейчас любая звезда работает на своих же штампах. Даже Инна Чурикова! Актер требует, чтобы ему словами сказали все: про что пьеса? зачем? почему? как? У меня сейчас репетируется пьеса во МХАТе. Называется “Зеленые щеки апреля”. На первой же репетиции артисты сказали: “Мы пьесу не понимаем, у нас много вопросов”. Я признался, что тоже не понимаю. Написал вот, а до конца не понимаю... Плох тот автор, который сидит на репетициях и объясняет, про что написано.

С. Н.: Понимать полагается только режиссеру, да?

М. У.: Нет. Я считаю, что понять, про что пьеса и про что спектакль, режиссер должен только на премьере. Если не на премьере, то хотя бы в процессе репетиций. Так же и актер. У них должна быть “рабочая версия”. Мхатовские актеры были поражены, что автор не поясняет, как играть этот кусок, а отвечает, что для него самого это также загадка.

С. Н.: Разве актер работает не с готовым литературным материалом? Автор ведь что-то имел в виду, когда писал?

М. У.: Есть вечная мифологема: Моцарт и Сальери. У меня нет мании величия, наверно, во мне есть и Сальери, но хочу — моцартианства. Мне интересен только этот путь. Потому что мне интересно только то, чего я сам не понимаю!..

С. Н.: Ты думаешь, что наши лучшие актеры всегда работали по принципу моцартиантства? Я помню рассказанный Марией Осиповной Кнебель случай, как она, молодая актриса, не могла сыграть патетическую сцену, и режиссер сказал ей: “Закрой лицо руками, повернись спиной к залу и медленно считай про себя до пятнадцати”. Она так и сделала: медленно считала, а у зрителя текли слезы...

М. У.: Русский психологический театр — это миф, его давно уже нет. Только американцы, у которых искусство до мозга костей рациональное, поражаются нашему “психологизму”.

С. Н.: Русский психологический театр стоял на двух китах: иррациональность русской души и долгая работа над ролью. Так было в Императорских театрах, реже — в частной антрепризе. Так что сейчас, когда актер вынужден бегать от халтуры к халтуре, про психологический театр нужно забыть.

М. У.: Нет! У Стрепетовой в Александринке каждую неделю была премьера. Я обошел и облазил все здание Художественного театра. Его история меня очень волнует. Собрались люди — и у них получилось! Это всегда завораживает. Как группа “Битлз”, совершившая революцию в мировой эстраде. Так и Художественный театр первого десятилетия своего существования. Так и Ленинградский театр имени Пушкина — Александринка. Меня водили там от подвалов до верха, показывали, говорили: вот репетиционный зал, где Гоголь репетировал “Ревизора”! Вот ширмы Мейерхольда из спектакля “Маскарад”... Представляешь, диапазон — от Сумарокова до Мейерхольда!? И когда мы уже вышли в зал, и нам зажгли свет, и стала видна Императорская ложа, и красный занавес с арлекинами — я вышел на сцену посмотреть в зал. Только там я понял идею Художественного театра: серый зал в сукнах, никаких излишеств. Таким должно быть интеллигентское, демократическое искусство. Чего нам сейчас не хватает. Все внимание на аксессуары, на пустяки, насколько продажна тема и тому подобное... а сути нет.

С. Н.: Станиславский и Немирович-Данченко тоже не пренебрегали деталями, ездили по Волге скупать подлинные костюмы, реквизит, ковры...

М. У.: И сверчков своих анекдотических. Но, видимо, что-то в этом было, от чего современники сатанели. А в наше время этого нет. Я не испытывал восторга в театре лет десять. Может, из-за этого у меня сейчас остановка? Последняя
пьеса — “Зеленые щеки апреля” — написана четыре года назад. Потом, не считая телевизионного сценария “Петербургские тайны” да всяческого зарабатывания денег, был только “Разбор вещей”. Я понял, что изменил своим рабочим принципам и потерял, в некотором смысле, девственность. Все пьесы были написаны без предварительного плана: и “Голуби”, и “Кухонка моя”, и все остальные. Работал так: пишутся первые три страницы — какая-то картинка. Дальше — полная темнота, не знаешь, что с этим делать: выкинуть или будет продолжение? Выдерживаешь месяц, читаешь и понимаешь, что куда. Так был написан “Русскiй Инвалидъ”. Я показал жене (специально завел себе жену-драматурга, чтобы было с кем советоваться): смотри, вот первый акт. Она говорит: “Ты сошел с ума — пьеса готова!” Я-то считал, что нужен второй акт, рассказал его содержание. А потом понял, что пьеса действительно готова. Для меня этот путь правильный, но, работая на телевидении и в кино, я стал, как все профессионалы, разрабатывать структуру, синопсис, использовать эпизодный план. Сейчас у меня в столе лежат три пьесы, записанные таким образом. С ужасом понимаю, что не напишу их, потому что мне уже неинтересно. Все проработано, загадка неизвестного исчезла, я уже знаю, чем все кончится, знаю любой поворот.

С. Н.: Значит, работа на заказ заставила тебя отойти от своих литературных приемов. А что ты сейчас делаешь?

М. У.: Сейчас у меня на треть написанная рукопись — такая попытка социального романа. Моралистического. Мне в современном искусстве не хватает морализма. Десять лет назад я бы захохотал страшным смехом над этой фразой, а теперь ... пьесы мои мне не нравятся, в них много выпендрежа. Без
выпендрежа — трудно. А в стилистике писать — легко. Она сама тебя несет, иронический тон — и ты скользишь по сюжету, как на лыжах. Просто писать не получается, ухожу в приемы. Из-за этого крупная остановка.

С. Н.: Но как-то ведь надо зарабатывать. Говорят, это пишется ради денег, это — ради славы, а это — ради собственного удовольствия. А как у тебя?

М. У.: Интересно, что “для славы” и “для собственного удовольствия” — совпадает, это как бы одна линия. Вторая линия — для денег, но, как правило, для денег и для интереса у меня совпадает. Если вообще нет интереса — я не берусь. Хотя были предложения переписывать чужой сценарий (есть такая голливудская манера “утеплить сценарий”). Для денег написал детективный роман, но там был свой интерес, потому что я никогда не писал романы в пятьсот страниц и не брался за детективы. Это была моя первая большая форма, я сам себя проверял: справлюсь ли с ней? с детективным сюжетом? Справился, но Александрой Марининой себя не почувствовал. Мне раньше казалось, что детективщик — это шахматное мышление, мне непосильное. Считаю, справился, но второй раз за такое не возьмусь: знаю, что научился. Остальное тоже не было голым желанием зашибить деньгу. Сериал “Петербургские тайны” также был новым для меня жанром. Новые герои, стилизация, прошлый век. Я не относился к этому как к “телевизионной халтуре”. Халтурой вообще никогда не занимался, утренников и елок не сочинял. А что пишется для себя, либо совсем не дает денег, либо очень маленькие. Но потом, как ни смешно, выяснилось, что больше всего я заработал тем, что писал для себя, для души. Только ждать нужно очень долго. Моя первая пьеса “Голуби” переведена на разные языки, поставлена в Германии и еще где-то. Следующие пьесы: “Правописание по Гроту”, “Русскiй Инвалидъ” и “Зеленые щеки апреля” тоже переведены и идут в Германии. От российских театров денег нет или совсем смешные.

С. Н.: Я знаю, что “Зеленые щеки...” принял к постановке Олег Ефремов и уже начались репетиции. Это твоя первая встреча как автора с академическим театром. Добавляет ли работа с МХАТом что-то новое к твоему театральному опыту?

М. У.: Конечно. Я сначала с предубеждением отнесся к этой истории. Никогда не работая с режиссерами этого поколения, я примерно представлял себе их мышление, их художественный и эстетический уровень. Здесь я впал в грех априорного мышления. Кто-то из философов предупреждал, что русский человек грешит априорным мышлением, вроде “я эту книгу не читал, но мнение свое имею”. На первую встречу в Художественный я шел, говоря себе: испортят пьесу; вот все, что я буду иметь с этой истории... Через пятнадцать минут разговора я уже думал иначе. У Олега Николаевича харизма. Это отмечают все, кто с ним работал. Чем больше мы общаемся, тем больше убеждаюсь, что эстетические взгляды у меня с ним совпадают. Мы обсуждаем принципы театра. Что интересно в театре? Прежде всего, человеческая история. Сопереживание. Если этого нет и нет значительных актерских работ, теряет интерес даже изощренная режиссура. Под всем этим я подписываюсь полностью! Избыточная режиссура задавила в современном театре и актера, и зрителя. Олег Николаевич говорил, что Станиславский свою систему придумал в борьбе с избыточной режиссурой. Я никогда про это не думал. Мне так интересно с Ефремовым, что даже неважно сейчас, какой получится спектакль. Может, это я себя настраиваю, ведь всегда есть возможность неудачи того, что спектакль вообще не выйдет.

С. Н.: Во МХАТе после Гельмана и Рощина некоторое время не было ни одной российской современной пьесы. Елена Гремина, как некогда Максудов в “Театральном романе” Булгакова, стала первым живым автором постпере-строечного МХАТа. Потом появились пьесы Ивана Охлобыстина и Александра Строганова. Почему МХАТ повернул голову в сторону новой драматургии?

М. У.: “Мне нужны новые задачи”, — говорит Ефремов, и я верю.

С. Н.: МХАТ — это бастион. Уж если он начал ставить, это говорит о новой роли современной драматургии. Как ты думаешь, почему интерес к ней за последнее время так вырос? Чего ждет от нее зритель и чего ищет театр?

М. У.: Ищут не театры, а режиссеры. Не все, а наиболее тонкие, чувствующие бег времени. Новая пьеса незнакомого автора — это работа с неизвестным. В ней больше возможности проявить себя. Классику мы отработали полностью. Бедный Чехов! Ставят его отвратительно, хуже русских никто не ставит. Хотя и англичане ставят Шекспира хуже всех. Так, по крайней мере, считается. Когда режиссер берет современную пьесу неизвестного автора, он понимает: нет прецедента. Ему не на что опереться. Но к новой драматургии тянет — и зрителей, и наиболее тонких, умных актеров. Потому что здесь — неожиданности. Не то, что Бесприданница погибнет, убитая своим женихом, а Нина Заречная будет “терпеть и веровать”. Я не люблю, когда заранее известно, чего ждать. Да и зритель всегда любил современную пьесу. На этом всегда стоял мировой театр, особенно русский. На таких спектаклях другая реакция, другое отношение сцены и зала: на узнавание реалий. Здесь по-другому звучит Слово. Даже если действие развивается давным-давно, механизм мышления автора-то современный. Это уже наш взгляд на эпоху, наши проблемы и мысли. Да и режиссеры делали карьеру на современных пьесах: Станиславский, “Современник” времен Ефремова, Анатолий Васильев с пьесами Виктора Славкина “Взрослая дочь молодого человека” и “Серсо”. Существовал в свое время миф, что вот, мол, Васильев взял среднюю пьесу (“Взрослую дочь...”) и хорошо поставил. Если почитать пьесу, видно, что она очень сильная.

С. Н.: Не кажется ли тебе, что театр, который любил быть в оппозиции, теперь становится конформистским?

М. У.: Кажется. Те, кто в эпоху застоя были впереди, двигали и театр, и зрителей, сегодня стали самыми большими конформистами. Мы получили совершенно буржуазный театр, вся направленность которого — развлекать, веселить, дружить с властями. Это театр, у которого отсутствует цель. Ефремов классифицировал театры на те, у которых есть цель, и те, у кого цели нет. Театры, озабоченные физическим выживанием, — это театры без цели. Жизнь тяжела, и порицать их трудно. Все равно как “жить, чтобы есть”. Поел — и опять живешь. Все понятно, но конформизм — чудовищный. Все крикуны, которые славились смелыми высказываниями, эпатажем, превратились в диких конформистов. Они озабочены более всего дружбой с Лужковым и еще не знаю с кем. Мне кажется, приходит время другого театра и другой драматургии. В Европе сейчас одно из самых интересных направлений продолжает искусство “рассерженных молодых людей”, родившееся в 50-х годах в Англии и идущее от Джона Осборна. Знаменитая пьеса Марка Розенхилла “Shopping and Fucking” сейчас переводится и у нас, для молодого режиссера — Ольги Субботиной... Недавно я заполнял опросный лист “Независимой газеты” о влиянии доллара на театральную кассу. Надо ли отражать политическую ситуацию в стране? Конечно надо! Я не говорю: либо бороться против всего, либо защищать. Но какое-то отношение иметь и выражать надо! Театр — существо одушевленное. Забота только о себе, о выражении внутреннего мира режиссера, которое было так модно в концептуальном театре, это путь в сторону конформизма. Наше интеллигентское сознание внушило нам, что нехорошо заниматься политикой в творчестве, что это — удел других людей. Я думаю, это скоро пройдет, и у нас будет в хорошем смысле политический театр.

С. Н.: Совсем недавно, лет десять—пятнадцать тому назад, у нас уже был политический театр: “Смотрите, кто пришел”, “Говори!”. “Диктатура совести”...

М. У.: Но это давно! Уже целое поколение выросло, считающее, что театр — это когда лазерные лучи, и актриса в красивом платье с голой грудью и микрофоном у щеки. Словом, нечто для отдыха, исключительно приятное. Надо понять, что
театр — не для отдыха. Во всяком случае, не только для отдыха. Или смотрите эстрадное шоу, цирк, я не знаю что. В общем, я осуждаю буржуазный театр, точнее, осуждаю театр за буржуазность. Никогда не думал, что буду стоять на такой позиции. Десять лет назад я захохотал бы, если б знал.

С. Н.: Не классовая ли это ненависть драматурга к глупому театру, который его не понимает?

М. У.: Не ненависть, а легкое презрение, нормальное отношение к обывателям.

С. Н.: Я переменила свое отношение к “буржуазному театру” после того, как посмотрела хороший бродвейский мюзикл. Это мощное по воздействию зрелище с гуманистическим началом, “упакованное” в совершенную форму. Мюзиклы в России я не люблю. Это мюзикл для бедных. У нас не хватает на них денег, технических возможностей. Они выглядят как с чужого плеча. Если бы мы дошли до бродвейского уровня!.. Пока нам до него далеко, но русский психологический театр мы теряем. В нашем театре героем мог стать и маленький человек. В американском театре Акакий Акакиевич не может стать героем.

М. У.: Ты говоришь о коммерческом театре, я чувствую, мы понимаем его по-разному. Возьмем, к примеру, спектакль Камы Гинкаса с Олегом Табаковым в главной роли — “Русская народная почта”. Его герой — одинокий маленький человек, постаревший Ванька Жуков, пишущий сам себе письма. Гинкас, как коммерческий режиссер (считающийся, однако, авангардистом), работает своими обычными средствами с совершенно новой формой. Автор — молодой драматург Олег Богаев — вложил в пьесу свою боль. И что получилось? Финал, в котором несчастный старик получает письмо от Смерти: “Вот тебе, Ваня, мой подарок — живи вечно” — отрезается. Богаев пишет по законам Аристотеля и достигает катарсиса. Но буржуазному театру катарсис не нужен, он его изымает. Коммерческое искусство — это не ругательство, это, прежде всего, тема. Пьесы Олега Богаева и Оли Мухиной — на мой взгляд, коммерческая драма. Правда, у нас к этому разряду относят не их, а совсем других авторов.

С. Н.: Для меня признак коммерческого театра — полные залы при дорогих билетах. Это Виктюк, это спектакли театра “Сатирикон”. Пьеса может не считаться коммерческой, но спектакль... например, “Ромео и Джульетта” в “Сатириконе” в постановке Константина Райкина. Интересный, яркий спектакль, в котором главное — не текст Шекспира, а массовые сцены, поединки, бал, костюмы.

М. У.: А для меня коммерческое искусство — пьеса Богаева, хотя там нет ни одного из перечисленных компонентов.

С. Н.: Какой же это коммерческий театр, если многим не понравилось? Например, Марку Розовскому, бывшему руководителю Студенческого театра МГУ, авангардисту по форме и оппозиционеру по содержанию.

М. У.: Это нормально. Обычная жизненная драма: переход из одного состояния в другое. Предостережение нам, с нами такое тоже может произойти... Должен признаться, я больше не люблю театр как искусство. Мне в нем скучно. Никогда не было скучно, а теперь — скучно. Если три минуты подряд не скучно, это уже хороший спектакль! Не интересны мне сегодня высокий профессионализм, изощренность.

С. Н.: Что такое изощренность в драматургии? совершенство языка? необычная структура пьесы?

М. У.: Это — свободное владение... как бы преодоление границ в профессии. Это все: и сюжет, и язык, и иррациональное начало, странности.

С. Н.: Есть ли в мировой литературе автор, к чьей свободе ты хочешь приблизиться?

М. У.: Не знаю. Всю жизнь обожал Набокова, но последние два года не могу его читать. Он просто злит меня своей изощренностью, сразу видно, что гений. Наверно, со мной произошла переоценка ценностей, и эти новые ценности я еще выразить не могу. Я повзрослел — сорок три года все-таки. Начинал писать в тридцать три. Тогда было важно заявить о себе, что есть, мол, такой завлит провинциальный. Доказать людям, которые не верили, что я талантлив. Считаю, уже доказал. Теперь задачи другие, сформулировать их труднее я пока не могу. Что кому доказывать? И способ достижения этих задач я тоже не могу найти. Вот недавно я ездил на премьеру своей пьесы “Газета “Русскiй Инвалидъ” в Киров, в свой родной ТЮЗ, и вернулся прибитый. Почему? Спектакль получился хороший, я думал, будет хуже. Но я вернулся очень нервный, потому что понял: жизненный круг замкнулся. То, чего я долго добивался (объяснить, что я — кто-то), сделано. Когда отпадает задача, возникает пустота, депрессия. Теперешние задачи не могу сформулировать, очень уж они грандиозные, пафосные — больше, чем в молодости. Нормальный “кризис среднего возраста”. Он у всех звучит одинаково: неужели это все, что мне обещали? У меня про это сейчас начаты две пьесы. Про человека в кризисе, когда идет разочарование и ясно, что не так много времени осталось.

С. Н.: Ты говорил, что в современном искусстве не хватает морализма. Не кажется ли тебе, что морализм в России закончился с Горьким?

М. У.: По-моему, морализм никогда не может кончиться. Для всех самое интересное — история. Не внутренний мир автора или способ рассказа — это отошло на второй план. Люди — независимо от уровня образованности — реагируют на историю. Но им мало истории в чистом виде, они хотят еще и оценки ситуации. Я это особенно понимаю по своей работе на телевизионном цикле “Моя семья”. У него, между прочим, очень высокий рейтинг, и естественно, все пишут. В редакцию приходят по четыреста писем в день. Я читаю не все, писем сорок (те, что отбирают мои помощницы). У меня чувство, что меня словно подключили к Интернету. Не к компьютерному выпендрежу, а к Интернету народной жизни. Понимаю, что это не самая нормальная жизнь, потому что нормальные, счастливые люди не пишут. Пишут люди со сдвигом, униженные и оскорбленные, и открывается такая картина! Когда это читаешь, наступает депрессия, потому что помочь не можешь, сделать ничего нельзя. Интересно, что люди сами понимают: никто не виноват. Потому что когда пишут, что виноваты коммунисты или демократы — есть куда направить ненависть. Для меня открылся такой мощный информационный банк, после которого сочинять невозможно. Там подлинные переживания. Они написаны не на компьютере — человек пишет рукой, и такая энергия идет от руки! Видишь, где он волнуется, бросил писать, что-то зачеркнул, плачет. И все просят совета: напишите мне хоть что-то. Я читаю и понимаю, что моей жизни не хватит ответить на вопросы, которые там поставлены. “Почему первый муж меня бросил, второй умер, а сын сидит в тюрьме?” — спрашивает одна старушка. Как ответить? Я впал в депрессию, а потом подумал: кто вообще сказал, что у человека всегда должно быть равновесие в душе? Кто сказал, что депрессия — это плохо? Американские психоаналитики, чтобы им было чем заняться? В прошлом веке же не было депрессии. Это называлось муки совести, скука...

С. Н.: У англичан это называлось сплин, у нас — “русская тоска”...

М. У.: Кто сказал, что тоска — это плохо? Тут я успокоился. Зачем глушить себя лекарствами? Но писать прозу после этого я в данный момент не могу. Остановился с начатым романом. Дальше у меня очень интересный замысел, никто про это никогда не писал. Называется условно “Маленькая русская повесть”.
Это — про околорелигиозное сознание русского человека. Язык не могу найти. Все, что пишу, уничтожаю, потому что вранье. Полное вранье, опять тупик.

С. Н.: Я все-таки не поняла, что же такое моралистический роман? Это облеченная в художественную форму проповедь, как надо и не надо жить? как отличать друга от врага?

М. У.: Нет. Это слишком высокий пилотаж: объяснять, как жить. Не знаю, кто за это возьмется. Моралистический на нижнем уровне: уровне сочувствия. На уровне не-оставления человека в одиночестве. Чтобы ты мог отождествить себя с героем и понять, что не одинок в своей беде.

С. Н.: В 50—60-х годах такая проза была: “Один день Ивана Денисовича” и “Матренин двор” Солженицына, “Не хлебом единым” Дудинцева... Это моралистическая литература?

М. У.: Моралистическая. Но здесь своя беда. Про Солженицына не говорю, но Дудинцев? Ты сама давно это читала? Это просто невозможно сегодня читать. И только живя в те годы, можно понять, почему людей это потрясало. Такое произведение обречено на временное существование. Стало быть, это не литература.

С. Н.: Герой твоей пьесы “Русскiй Инвалидъ” — литератор, выпавший по собственной воле из жизни, все время повторяет: только никаких сюжетов! не надо попадать в сюжет! Я читаю это как протест против традиционного понимания сюжета. Я права?

М. У.: Я вообще не понимаю сюжета в драме. Вот сейчас я думаю над письмом одной женщины из Сибири. Сюжет совершенно для классической драмы. Девушка вышла замуж за молодого человека, он уехал воевать в Чечню, пришла похоронка. Она вышла замуж второй раз, родила ребенка. Проходит время, и ее первый муж возвращается. Оказывается, произошла ошибка. Как у Аристотеля: героиня совершила поступок по незнанию. И теперь она спрашивает, что ей делать?! Потрясающая история, а я не могу написать по ней пьесу. Все скажут: сошел с ума. Все-таки в драме должна быть другая жизнь, должна быть отражена не наша реальность, а какая-то иная жизнь, внутренняя, а не внешняя.

С. Н.: В последнее время все больше появляется пьес, написанных женщинами. Как ты относишься к женской драматургии?

М. У.: Двояко. У меня сексизм. Я раньше думал так: ну Петрушевская — это да, а вообще, бабы пишут плохо.

С. Н.: А про чувства женщина знает больше?

М. У.: Это мифология, что женщина лучше пишет про чувства: конечно, мужчина лучше. Только моей жене этого не говори. Я теперь феминист и вслух заявляю, что женщина не менее умна и талантлива, чем мужчина.

С. Н.: Твое мнение о слабом поле изменилось, когда ты развелся со своей первой женой-актрисой и женился на драматурге Елене Греминой? Как уживаются вместе два автора?

М. У.: С Леной мы встретились на семинаре молодых драматургов в Щелыково, и начался роман текстов. Лене страшно понравилась моя пьеса “Голуби”, а меня поразило ее “Колесо фортуны”: значит, можно писать так?! И я пошел знакомиться... Мне до сих пор интересно все, что она пишет.

С. Н.: Ты для того и женился, чтобы в машинке читать ее пьесы и обсуждать с ней свои?

М. У.: Ну, конечно. Мы по очереди меняемся ролями. Когда мы вместе ездим на премьеры, один из нас выступает в роли автора, а другой — жены драматурга или мужа драматурга. Мы не вмешиваемся в то, что каждый пишет, но всегда есть, с кем посоветоваться, все решения — совместно. Как говорил Чехов, жена есть жена, и тут ничего не поделаешь, так уж положено иметь жену. Но у меня редкий случай: мне всегда интересно, что она скажет. Мой первый брак был примерно по той же модели. Я женился чуть не в семнадцать лет, мы оба были актеры, и всегда было интересно разговаривать о профессии, но почему-то потом у меня резко изменились взгляды на театр и профессию актера.

С. Н.: Как ты пришел в театр?

М. У.: Сразу после школы. Это был ТЮЗ, и я играл Принца в “Золушке”. Главным режиссером был Алексей Бородин. Я пытался его обмануть, сказал, что имею театральное образование (без него не брали). Показал какой-то отрывок, видимо, удачно, никто не стал сомневаться, и меня решили принять. А когда понадобилась трудовая книжка, выяснилось, что у меня только школа за плечами. Судьбу мою решали Алексей Бородин и директор театра Владимир Урин. Они рискнули взять меня без диплома. Я был очень увлечен профессией. У меня родители смолоду были актеры, а это всегда зараза. Годам к сорока они поняли, что хватит, им больше не надо, и сменили профессии, стали педагогами: отец — историком, мать — литератором. Отец говорил мне: ты быстро поймешь, это не то, что тебе нужно. Я понял лет через восемь, стал тяготиться актерской профессией, писать. Видно, на этом брак исчерпал себя, он начал тихо распадаться, слишком разные у нас стали уровни. Быть актером — это другой способ мышления.

С. Н.: Ваша семейная жизнь с Греминой продолжается лет пять. За это время ты разобрался, чем отличается психология женщины-драматурга от мужчины-драматурга?

М. У.: Ничем. Абсолютно. Вообще, таких семей, где два драматурга, очень мало. Сложность в чем? Драматурги — они специалисты в области конфликта. Поэтому и семейный конфликт сочиняется, организуется и озвучивается очень сильным монологом. У нас бывало, когда ссора кончалась на том, что я кричал: “Подожди-подожди! А ну-ка повтори, как ты сказала”. Она в ярости повторила. “Это можно записать”, — сказал я, и мы оба захохотали.

С. Н.: Некоторые мужчины предпочитают, чтобы жена была глупее их. Тебе не страшно было жениться на женщине, столь же умной и талантливой, как ты?

М. У.: Жена-не жена, женщина-не женщина, мне просто не интересно с человеком, которого я умнее. Себя считаю человеком глупым, потому и пьесы начал писать. Всегда, во всех случаях жизни, я не могу вовремя ответить. Вот мне что-то такое сказали, а я... не нашелся. Проходит день-два, и я ловлю себя на том, что начинаю произносить монологи, как я должен был ответить. Это как раз и есть драматургия.

Флоренц Зигфельд - один из тех, на кого стоит равняться

Флоренц Зигфельд - один из знаменитейших людей шоу-бизнеса. Именно он в
конце девятнадцатого-начале двадцатого века создал жанр знаменитых бродвейских шоу-мюзиклов и основал те грандиозные постановки, где сотни красавиц, сияя украшениями, перьями и фантастическими костюмами, выходят на сцену - и зал делает "ааах!"

Отец его держал музыкальный колледж, а затем варьете. Юный Флоренц
окунулся в это дело с головой. Он ничего не умел делать - не писал текстов, не сочинял музыки, не пел, не танцевал, не рисовал. Он был гениальным импрессарио.Примерно так и было написано в его визитке.
Он принес терпкий вкус сексуальности с улиц на сцену, но обволок это такой роскошью и блеском, что на представления его ломились и мужчины и женщины.

Начав с музыкальных шоу, где главное были музыкальные и комические
номера - то есть артисты выступали в одиночестве, он постепенно перешел к грандиозным спектаклям с кордебалетом.
Первой его женой была француженка ( как она сама себя называла) Анна Хелд. Именно ей пришла в голову идея сделать в Америке шоу, подобное парижскому Фоли Бержер. И Фло набрал кордебалет назвав его девушки Анны Хелд. Анна уже не выступила ни в одном из его знаменитых Фоли, но она принесла в постановки свой европейский вкус и модное чутье. Костюмы шились у лучших мастеров, блеск их затмевал все виденное дамами, и они каждый вечер прилежно рассматривали удивительные новинки. Мужчины же неистово хлопали красавицам из труппы. Зигфельд сам без устали разыскивал и хористок и солисток. Его детище называлось коллективом из одних красавиц - ни одной некрасивой девушки не было в нем за все время.

Первые же вложенные в постановку деньги удесятерились. Два десятилетия
его шоу шли с ошеломительным успехом. Девизом его было - находить самое лучшее для своих постановок. Ничего, что он не умел сам ничего - на него работали отобранные таланты. Хореографом у него был Джулиан Митчел - один из лучших сценических постановщиков того времени. Джулиан потерял слух к этому времени и чтобы срежиссировать танец он ложился щекой на рояль и слушал музыку, как биение - а затем на этот ритм сочинял танец. Слаженность танцоров он проверял, разувшись и чувствуя подошвами колебания сцены. Когда однажды за кулисами свалилась декорация - он раскричался на хористок - кто из них бил ногами не в такт.

Красивые девушки стали настоящим хитом Зигфельда. Кто-то на фоне
танцевал и пел, а на сцене выступали из кружев, блесток и перьев красавицы, которым даже и играть не надо было - просто демонстрировать себя. Вот этот тип девушек, со знаком качества, и назывался - "девушки Зигфельда".
Все они мечтали выйти замуж за миллионеров. И некоторым это удавалось - богатыми красавцами были заполнены ложи залов. Многие звезды Follies стали звездами шоу-бизнеса, а потом и кинематографа.
Зигфельд работал неуемно, сочиняя и выпуская в год по гигантскому шоу
«Фоллиз» и постепенно создавая отдельные спектакли-мюзиклы, которые тоже имели бурный успех.
Он приглашал к себе лучших комедиантов ( хотя недолюбливал их, но публика обожала), самых знаменитых и красивых танцовщиц и певиц. Честолюбивые бедные красавицы за пишущими машинками, кассами универсальных магазинов, швейными столами ателье и шляпных мастерских мечтали, что однажды к ним подойдет прекрасно одетый мужчина и произнесет заветное: « Я Фло Зигфельд . Приходите завтра к 11 часам по этом адресу».

Впрочем, так оно и было - и сам Зигфельд и его помошники без устали разыскивали новые лица для своей сцены. Если девушке везло – начиналась сказочная жизнь. Как говорил сам великолепный Фло: «я делаю свои шоу про богатых, для богатых и с богатыми людьми». Девушки на сцене должны были быть одеты не хуже чем дамы в партере, поэтому их платье шились у лучших модельеров, из самых дорогих тканей и мехов, и роскошно украшены. Туфли, жемчуга, перья – все было высшего качества. В зале сидели настоящие миллионеры, и после представлений девушек ожидали дорогие рестораны, шикарные шубы и бриллиантовые браслеты.

Зигфельд зарабатывал бешеные деньги, но страшно кутил. Один из
журналистов написал про него, что Зигфельд как ребенок выкидывает деньги на свои прихоти, не считая, в детской же уверенности, что деньги снова откуда-то возьмутся.
Бесконечные любовные истории, с которыми мирится вторая жена, зарабатывающая в кинематографе. Он построил себе новый театр, образчик стиля модерн.
Казалось его удачам не будет конца...
Но в один день 1927-го года ему позвонили и сообщили о крахе биржы. Все его капиталы испарились. А было их больше трех миллионов. Это было началом конца. Он еще пытался набрать денег и запустить новое шоу. Но публика тоже переживала тяжелые времена, зал был полупустой, шоу не окупалось. Его жена Билли отчаянно зарабатывала на долги, но они только росли. У Зигфельда открылась болезнь легких. Он всю жизнь суеверно боялся болезней. Поэтому в страхе пустился в разнузданные загулы, утопая в джине и судорожно перебирая красавиц из труппы. Но болезнь и неудачи в театре подтачивали его силы и самый знаменитый и успешный продюсер умер в 1932-м году, оставив жене и дочери многолетний хвост долгов.







Девушки Зикфельда были самыми красивыми в стране.